Brimstone
University
Добро пожаловать на ролевую!
18+
смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886-1887 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Требуются в игру

Демоны, заинтересованные в помощи посольству, авантюристы и исследователи, люди науки (включая студентов), жители Лондона, подростки-дети

октябрь'86 - январь'87

События в мире
Монстр терроризирует Лондон. На счету чудовища уже шесть пострадавших. Ходят слухи, что он создан из похищенных с кладбища тел...
Студенты Уробороса замечены за странным поведением. Юные дарования ходят во сне. Профессора списывают это на усталость, но что происходит на самом деле?...
Рабочие фабрики Чарльза Эктона устроили забастовку, мотивируя тем, что жизненно необходимый для лекарства от холеры и туберкулёза "блюмер" отравляет их
27.11
В связи с приближающимися праздниками, призываем всех желающих игроков принять участиев новогоднем посткроссинге!
04.11
Обо всём, что произошло в игре за минувшие месяцы можно узнать в объявлении, либо прочитать всю хронологию игровых событий.
30.10
Чем дальше в лес, тем там темнее. Экспедиция продолжает своё движение в джунгли экваториальной Африки. Всем участникам принять информацию к сведению!
АМС

Лили
ГМ-админ

Арон
PR-админ

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Держи глаза открытыми


Держи глаза открытыми

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

http://hoocher.com/Edwin_Lord_Weeks/Wedding_Procession_Jodhpur.jpg

Кристофер и Лилиан Сантары
Индия, 1875 г.

Этот небольшой городок, в котором им пришлось совершить вынужденную остановку поражал воображение британцев, которые никогда не видели ни такого огромного скопища народу в одном месте, ни столько шума, бардака и хаоса. Кажется, это талант - оказаться ни в то время ни в том месте.

+1

2

Верблюд смотрел на них с ехидным спокойствием бывалого, увидевшего "желторотых" и гонял по рту жвачку. Если бы он обладал человеческими эмоциями, по крайней мере, Лили соотнесла бы их именно с такими. И понять насмешку над подрастерявшимися британцами не составило труда даже в девять лет. Каридкота должен был быть маленьким проездным городком на пару тысяч жителей, а не огромным индуским базаром на полтора десятка!
Конь Кристофа недоверчиво всхрапнул и сделал шаг назад, Лили вжалась в брата, верблюд вернулся к жвачке, даже отошёл, открывая весь простор безобразия ниже, под холмом.
Там галдело, душно и разномастно пахло как едой, так и мусором, пестрело сари и мужскими кафтанами, выло верблюдами, дальше виднелись даже слоны. Все это живое варево людей разбивало нечто вроде лагерьков прямо вокруг городка, как огромный муравейник, и шумело, как базарная площадь. Дороги за этим ульев вообще не было видно! Где-то в стороне вода маленькой речушки была ужасно мутная и цветастая от устроенных в ней постирушек, беспризорные дети совались к вьючным животным, и на милю вперёд не было видно ни одного британца.
Это очень отдалённо напоминало лагерь беженцев, который отряды Роланда Сантара встретили на своём пути ещё в первый месяц пребывания в Индии. Но тот лагерь был уже обжитым и более тихим,  а эта толпа вызывала в девочке безотчётный страх. Она задрала голову, смотря на старшего брата. Вообще, Лили полагалось ехать в гхари*, но незадолго до этого её свалил тепловой удар и девочка с радостью ухватилась за возможность под этим предлогом ехать с Кристофом на лошади, нежели в душной повозке с айей*. Каждый раз, когда её брали в седло, она старалась замереть и не двигаться, чтобы старшие не передумали и не сняли её. потому что она плохо себя ведёт.
- Это беженцы? - спросила Лили брата, - Где-то рядом война?
____
гхари- любая повозка, запряжённая лошадьми
айа - няня индуского происхождения. Учила Лили хинди в том числе. Эту айю зовут Кунти

+1

3

Говорят, обратный путь всегда кажется короче, по крайней мере именно на это расчитывал Кристоф, возвращаясь с отрядом после очередной удачной  операции на севере, говорят, что выбранный ими маршрут был настолько спокоен, что можно было без опаски забрать Лили из тихого мирного городка, где уже полностью установилось британское правительство и где девочка квартировалась последний месяц.
В тот злополучный день погода стояла такая ясная, что казалось, сама судьба проливает на отряд  британцев свое благословение, весенне солнце перестало жарить во всю свою мощь lfже дул приятный ветерок. Ну чем не знак свыше? Кристофер не особо был доволен скоростью своего отряда. Он привык передвигаться быстро, сейчас же медлительность, с которой они двигались, вызывала у него опасения. Будь на то его воля, он с радостью избавился бы от большинства вещей, что скорее служили им всем обузой, но это было решительно невозможно. Внутреннее чутье, от чего-то неспокойное, то и дело вступало в споры с рассудком, хотя пока ничего не предвещало бед. Отряд приближался к небольшому городку Каридкоту, настроение у всех было приподнятое и настолько заразным, что Кристофер даже поддался уговором Лили и позволил сестренке ехать с ним на коне.
Молодые офицеры затеяли игру, пытаясь с помощью наводящих вопросов угадать ту или иную ситуацию. Когда кому-то удавалось выиграть, над дорогой раздавался веселый гогот и проигравшие скидывались в кошелек победителю. Двадцати двухлетний Кристофер играл с ними, иногда позволяя Лили выдвигать свои варианты, однако радостный гогот от очередной победы буквально оборвался, когда британцем открылся вид на находящийся внизу город. Издалека люди казались маленькими черными точками, сливающимися в одну кучную массу, однако их было настолько много, что это приводило британцев в ступор.
- Я не думаю, что это беженцы – Кристоф успокаивающе приобнял прижавшуюся к нему сестру. – С первого взгляда это больше похоже на огромный рынок, заполонивший весь город. – На предложение повернуть обратно и обогнуть это индийские безумие, Сантар лишь покачал головой, им нужно было пополнить запасы воды, к тому же дальняя дорога может вызвать обострение теплового удара у Лилиан. Кувшин воды, тень и отдых– вот три вещи, которые нужны были сейчас девочке более всего остального.
- Спускаемся вниз. – Отдал приказ Сантар. – Найдем местного инспектора или главу этого сборища и выясним, что здесь вообще происходит, а главное, где можно остановиться и решить бытовые проблемы. – Верхом там было невозможно проехать, поэтому британцем пришлось спешится и попытаться пробраться сквозь эту толпу хотя бы таким образом.
- Лилс, - Сантару пришлось присесть на корточки, чтобы оказаться с сестрой на одном уровне. – Нам придется пройти дальше, я не хочу оставлять тебя здесь даже под присмотром Кунти и нескольких моих людей. Не бойся, я не выпущу твою руку, обещаю. Это место не выглядело враждебно, Кристоф был уверен, что если бы их хотели убить, то на отряд напали бы еще на подъезде к городу. Это место выглядело безумно и поражало своей излишней оживленностью: живым здесь были не только люди и разная животина, но даже звуки, запахи и прикосновения казалось чем-то отдельным, живущим собственной жизнью, пусть и не такой долгой. Цвета пестрели, люди все время кричали, разговаривали, ругались. Запахи пряностей дурманили голову, а вот то, как пахнули некоторые из людей, заставляло морщится, судорожно тереть нос, стараясь отвязаться он навязчивого ощущения горечи во рту - буйство красок и людей на слишком отвлекало и будоражило, сбивало с мыслей, путая их в кашу. На Сантра буквально налетело двое индусов, которые явно приняли его за местного инспектора и наперебой стали что-то требовать от него. Из всего этого Сантар понял только « жалование», «ужасные условия» и пару десятков ругательств. Ему даже пришлось выпустить руку сестры, чтобы хотя бы на пальцах объяснить, что он ничем не может им помочь и, что им самим не помешало бы сооренитроваться. Одной из проблем было то, что на хинди Кристофер знал в основном военные термины, поэтому, когда он в надежде узнать про главу этого балагана выдавал Джунги-лат-сахиб (главнокомандующий) или сирдар (индийский офицер высокого ранга) на него недоуменно пялились и снова пытались что-то от него добиться.
- Ты случайно не видишь кого-то хотя бы отдаленно напоминающего того, кто мог бы нам помочь или объяснить этим болванам, что нам нужен инспектор? – Поинтересовался он у Лили, устало потирая переносицу.

Отредактировано Christopher Santar (19 июня, 2018г. 17:46:24)

+1

4

Кристофер, конечно, был тем человеком, кто как и папа знал всегда больше. Но почему-то сегодня Лили не могла до конца согласиться с ним. Это ужасное месиво (с позиции девочки), становилось всё ужаснее по мере приближения. Толпа напоминала огромную волну в бушующем море, но при том была совсем не такой красивой, а ещё ужасно пахла. Некоторые индусы хватали стремя коня Кристофа, пока они проезжали мимо, и Лили поджала ноги, а потом пришлось слезть и мир  сверху стал миром снизу.
Стра-а-а-ашно...
- Лилс, нам придется пройти дальше, я не хочу оставлять тебя здесь даже под присмотром Кунти и нескольких моих людей.
В глазах сестры брат мог видеть паническое несогласие с такой перспективой.
- Не бойся, я не выпущу твою руку, обещаю.
Девочка пару раз тяжело вздохнула и кивнула, принимая необходимость идти через ЭТО как тяжбу и данность, но данность необходимую. Для неё разглядеть и понять, что здесь происходит было невозможно. Люди кричали, ссорились, приставали, даже останавливали их, и девочкой постепенно овладевала настоящая паника. Это было так же страшно, как если бы ты стоял на пути табуна жеребцов, которых гонят волки, и кажется, что те вот-вот затопчут. Если бы брат не вёл её за руку, она бы давно потерялась, уже давно не видя в канители темнокожих лиц никаких ориентиров. страх потихоньку приобретал иррациональную бесконтрольную форму, а уж когда Кристофер выпустил её руку...
"Главное далеко не отходить от брата... Главное просто не отходить далеко", - Лили в серьёз думала, не слишком ли она взрослая, чтобы цепляться за штанину? Наверняка слишком взрослая, гувернантка бы такого не одобрила. - "Главное просто не отходить далеко..."
Ей казалось, что она совсем не отходила, что вообще не делала лишних шагов. Просто сначала её оттеснил индус, которй чего-то добивался от брата, другой тоже загородил его, а потом она увидела как какие-то другие индусы на неё очень внимательно смотрят, а потом какой-то мальчик, ткнув в неё пальцем стал говорить "ангрези*", и повторял это, будто бы призывая всех посмотреть, пока мама не дала ему подзатыльник, и вроде бы он хотела сделать просто шаг назад к брату, по подняла голову и увидела только индусов, тюрбаны, пёстрые сари. Кто-то сбоку ссорился, кто-то проходил мимо, едва не задевая тщедушную девочку, а кто-то останавливался и рассматривал её.
И где-то именно в этот момент иррациональное и бесконтрольное стало абсолютным и девочка панически заметалась, пытаясь найти брата, но путаясь только больше в этой толпе.
____
*ангрези – иностранец; англичанин.

+1

5

Хотелось зажмуриться - и вновь открыть глаза в надежде, что все окажется лишь дурным сном. Потому что только в дурном сне все может быть так запутанно, так нелогично - и так неподконтрольно тебе. Эта неподконтрольность, привыкшего держать ситуацию в своих руках Кристофера, раздражала больше всего. Они застряли в этом городишке посреди шумной тупой толпы, а вступивший в разговор индусы ничего не понимают, он и сам ничего не понимает. Обычно собственное бессилие зачастую становилось причиной вспышек злости, которые Сантар искренне пытался давить в зародыше, понимая, что лишь навлечет еще больше проблем, если отдастся хотя бы одной из них полностью.
- Ты случайно не видишь кого-то хотя бы отдаленно напоминающего того, кто мог бы нам помочь или объяснить этим болванам, что нам нужен инспектор? – Поинтересовался он у Лили, устало потирая переносицу. Голос Кристофера растворился в шуме толпы. Ответа не последовало. Ничего. Лишь шум улиц.
- Лили? - Голос дрогнул, спустя секундное замешательство Кристофер перевел взгляд на место, где должна была идти сестра, но рядом никого не было, лишь куча народу, чьи смазанные лица мелькали то тут то там. Растерянность, смятение, чувство паники, от которой бросало то в жар, то в холод озноба – все это лишь усиливало ощущение нереальности происходящего. «Этого не может быть!» - оглушительные вопли разума схлестнулись с бешеным ритмом бьющегося о грудную клетку сердца. Если кто-то думает, что от волнения нельзя умереть, они ошибаются. Сейчас Кристоф был почти уверен – можно, потому что он задыхался; можно – потому что он не смог бы даже примерно сосчитать количество бешеных, сильных ударов собственного сердца, словно пытающегося взломать грудную клетку. Он же всего на минуту отпустил ее руку, она не могла далеко уйти не могла же? В голове сразу стали восплывать картины, что Лили украдут, затопчат и не заметят, что она, не оправившись от теплового удара и вовсе потеряет сознание среди толпы. Хотелось бездумно ринуться в толпу и выкрикивать имя девочки, в отчаянных попытках найти ее. Но он знал - нельзя. Он не имел права поддаваться панике. Надо взять себя в руки и понять в какое направление она могла пойти. Кристофер проигнорировал все еще пристающих к нему индусов, сейчас внимание Сантара больше привлекал мальчик с восторженным видом что-то расказывающий матери, где через каждое его слово проскакивало «ангрези». Вглянув в сторону, куда тыкал малец, чуть ли не подпрыгивая от восторга, Кристоф кинулся сквозь толпу.
Когда на его пути попадается очередной увлеченный чем-то прохожий, он с силой толкает того плечом, а затем продолжает движение, не обращая внимания на возмущенные вопли за спиной. Лишь бы с Лили и чего не случилось,лишь бы она была в порядке. Впереди мелькнул силуэт и вновь растворился в толпе. Кристофер не мог протиснуться среди повозок, людей то и дело оттесняющих его, он никак не мог  сестру, которую, словно потоком уносило все дальше.
- Лили! – Он и сам не заметил, как поддался панике и его отчаянный крик, исходящий из глубины души, подхватила волна чужих голосов, уносясь вдаль неразборчивым гамом. Он кричал ее имя, пока не почувствовал, как в горле начинает першить, но девочка явно не слышала его или никак не могла увидеть. А потом какой-то мужчина подхватил ее на руки, и Кристоф впал в неистовство, готовый добраться до сестры чего бы ему это не стоило. Впрочем, этот мужчина явно направлялся в его сторону.

+1

6

Лили металась по толпе, будто случайно оказавшаяся на людном базаре белка, предаваясь панике со всей детской искренностью, но всё ещё боясь голосить в поисках брата. Ей всё тут вокруг казалось ужасно большим и ужасно враждебным, а уж когда она налетела на крупного, даже огромного индуса, внутри вообще всё замерло, как перед змеёй расправившей капюшон. Девочка стала судорожно лепетать на английском извинения, пока не заметила, что он показывает какой-то знак руками, вроде того, каким успокаивают нервничающих лошадей. А потом он громко спросил с акцентом, но на английском:
- Потерялась? - Лили подняла глаза с его рук на лицо - большое, бородатое, в белом тюрбане - и молча закивала, нервно сжимая юбку платица.
- Конные англичане во-о-он там, - сказал он с уже более слышимым акцентом, махнув рукой через всю эту огромную улицу к въезду в город, где брат оставил конницу. Лили посмотрела в эту сторону и увидела, конечно, только непроглядную толпу людей в которую ей совсем не хотелось возвращаться. Сделав пару шагов боком-боком, она обняла шест, на который опиралась чья-то палатка, смотря на это всё с жалобным недоверием. Может Кристофер сам её найдёт?
- Эй, девочка, не бойся, - сказал всё тот же индус, чуть присев на корточки. Лили крепче обняла шест. Мужчина улыбнулся, очень белозубо. Сантар посмотрела на него и одежду чуть внимательнее, пытаясь понять, к какой касте он мог бы относится. Он носил бороду, и она помнила, что бороду могут носить только высшие касты, среди которых войны и священнослужители. Это очень хорошо ей запомнилось, потому что в Англии, наоборот, заросшее лицо мужчины было признаком неряшливости. Также у него на поясе были пистолеты, значит он был кшатрии, представителем касты воинов. - Как зовут? - спросил он.
Положенно было представиться леди Лилиан Маргери Сантар. И ещё сделать совсем лёгкий реверансик. Обнимающая деревяшку девочка смогла выдавить из себя только пищащее "Лили".
- Лили, хорошо. Надо искать твоих. Много воришек из-за кортежа, - индус протянул руку. Чуть поколебавшись, она отпустила опору чужой палатки и протянула руку навстречу, думая, что её возьмут за ладонь. Вместо этого индус просто подхватил её подмышки и поднял, заставив тихо удивлённо пискнуть. Мир сразу стал смотреться с совершенно другого ракурса, вместо сотни босых смуглых ног, сари, пыли и чумазых деток Лили увидела головы, тюрбаны, накидки, верблюдов, дома, слонов вдали. Их всё ещё было ужасно много, но вот среди этого балагана она увидела непокрытую голову брата, выбивавшегося светлой британской кавалерийской формой.
- Кристофер! - пискнула Лили, потянувшись в ту сторону. Брат её тоже заметил, а индус, взявший её на руки, понял куда нести пропажу.
Он двинулся через толпу, невежливо расталкивая локтями тех, кто сам не убирался с дороги, пока они с братом не оказались лицом к лицу. Девочка тутже потянула к нему руки, и когда тот принял её у индуса, молча и намертво вцепилась в плечи, отказывась спускаться вниз.
- Ваша конница? - спросил индус, снова махая в сторону, где осталась кавалерия, - Разместить негде. Кортеж невест, - говорил он с акцентом, но всё же на английском.

+1

7

При виде сестры Кристофер испытал такое облегчение, будто шагнул с палящего солнца в прохладную комнату. Испуганный голос Лили резанул одновременно по слуху, по сердцу, а вместе с тем подарил и радость – она жива и она в порядке. Как только девочка протянула к нему руки, Кристофер, аккуратно, будто та была хрустальной фигуркой, принял ее у индуса и крепко прижал к себе. На миг старший Сантар даже замялся, решая утешить ее или высказать пару ласковых о ее невнимательности и  соответствующих последствий, впрочем…
- Глупая... Все хорошо...Лили...  Ты в порядке? - лишенные связи слова сыпались один за другим. Еще будет время для нравоучений, к тому же у него самого руки все еще немного тряслись, мысли были спутанные.
-Благодарю – Слегка успокоившись Кристоф кивнул подошедшего к ним мужчине, окидывая его внимательным взглядом, отмечая про себя, что индус был человеком военным. – Моя. – Коротко ответил он на вопрос про конницу, не желая тратить слова на объяснения откуда и куда они едут. – Кристофер Сантар, лейтенант королевского флота. – Представился мужчина, невольно мотнув головой, словно отказываясь принимать утверждение, что их негде разместить. В смысле негде? Что значит негде? Кристофер вообще достаточно плохо воспрнимал все слова с частицей «не» в свой адрес, а тут еще на нем была ответственность за уставший отряд и малолетнюю сестру. Да будь хоть эти невесты первые красавицы в Индии, не о каком «негде» и речи быть не могло.
- Боюсь, нам необходимо место, мои люди устали, а Лили еще не отошла от недавнего недомогания. – Крис хотел уже опустить девочку на землю, однако та в него вцепилась мертвой хваткой, но явно навострила ушки при слове «невесты». Жаль, что она была слишком маленькая, чтобы просить ее подыграть и изобразить плохое самочувствие для вызвания жалости, но ничего с возрастом она научится, Кристофер об этом позаботиться.
- Неужели действительно есть такая необходимость посылать эту огромную толпу в сопровождение невест? Разве не составляет труда управлять этим всем и регулировать передвижение, проживание и благополучие? – Словно ответом на его вопрос совсем рядом раздался громкий крик. «Чор» ( вор) – Кричал один из мужчин, тряся за грудки паренька лет семнадцати, который в свою очередь отвечал ему бранью, стараясь вырваться и пнуть обидчика. Сначала Кристоф старался игнорировать эту ситуацию, но когда эти двое в порыве потасовки приблизились к ним и чуть не сбили сидящую на руках Лили, Сантар не выдержал.
- Кафи! ( хватит) – Рявкнул он – Сундар! ( довольно) – Мало того, что они мешали вести ему разговор и разбираться в делах, так они еще и пугали и без того испуганную Лили. Кажется его слова подействовали, Кристофер давно осознал, что многие люди, как и и животные лучше понимают короткие приказы, чем долгие объяснения, впрочем переставшие спорить индусы решили объяснить свои точки зрения, на что Сантар махнул рукой, всем видом показывая, что ему плевать и разбираться он в этом не собирается.
- И часто у вас тут подобное происходит? Вы не будете против, если мы поговорим где-нибудь в более тихом месте? – Осведомился он у мужчины и когда тот кивнул последовал за ним. – Лили, ты что-нибудь знаешь о местных свадьбах и невестах, этот балаган что-то на подобии традиции? – Шепотом спросил он у сестры, полагая, что девушки, пусть даже девятилетние все же разбираются в этом куда лучше него.

+1

8

Нос защекотал знакомый запах одеколона и сразу стало спокойнее. Будто из бурной реки ты вдруг упал в озеро, и тебя перестало куда-то тащить чужой мощной волей.
- Ты в порядке?
- Да, - тихо пробормотала Лили и тут же добавила, - Прости, я не хотела... - ей всегда было ужасно стыдно, если кто-то из-за неё волновался или злился. А брат был взволнован, что с самим старшим Сантаром случалось не часто. Немного поменяв руки так, чтобы не загораживать Кристоферу обзор, она стала внимательно слушать разговор старших. Кортеж невест? Невест? Здесь будет играться свадьба и это гости? Лили ещё раз осмотрела весь этот цветастый "базар", с куда большим любопытством и меньшим страхом, но вниз ей при том всё равно не хотелось совершенно. Там были только пыльные ноги и базарные лавки, а отсюда она видела лица, красивый верх сари и слонов. На руках у брата было спокойно и уверенно, так она точно не потеряется. И ещё очень хорошо слышала весь диалог.
- Неужели действительно есть такая необходимость посылать эту огромную толпу в сопровождение невест?
- Приданное, - коротко ответил подобравший её индус, со значением покивав, - Невеста с сотней слуг - нищая невеста князю. Невеста с тысячей слуг - любима жена. С десятью тысячами - новая власть.
На воров индус посмотрел с лёгким неодобрением, чуть склонив голову, но даже рук с пояса на кобуру не перенёс. То ли это было обычным делом, то ли не посчитал нужным. И только когда драчуны едва не задели Кристофера и девочку, снял с пояса пистолет.
Посматривающая за всем этим с напряжением Лили опять занервничала. Она уже начала понимать, к большому своему сожалению, что свадьба будет не здесь, а дальше, и происходящее потеряло этот минутный оттенок романтики, опять превратившись в беспорядочную и страшную толпу. А уж когда в этой толпе кричат и дерутся... Больше всего на свете хотелось, чтобы брат ушёл с этого места, но тут драчуны едва не завалились на них, и брат рявкнул с такой силой, что девочка на руках почти подпрыгнула, а потом сжалась.
Индусы стали что-то доказывать уже брату, наперебой, громко, и яростно. Казалось, тут люди вообще не могут разговаривать тихо.
- Идёмте, сахиб, - кивнул кшатрии немного в сторону, - К вашему отведу вас.
Он повернулся и двинулся через толпу, как волнорез. Шедший за ним Кристофер тихо шепнул сестре вопрос, и она также тихо ответила:
- Я знаю только то, что девочка тут может быть невестой уже в 12 лет, - сильно смущённая своей бесполезностью в вопросе отозвалась Лили. - И что цвет свадебных сари - красный, а белый - цвет похорон.
- У нас такое - редко. Лет 60 назад было, сахиб, да и то, если деду верить. Князья женятся постоянно. Кортежи ездят не всегда, - начал рассказывать кшатрии, ведя Кристофа и Лили по улицам. Народу меньше не становилось, судя по всему, они двигались к центру этого городка. Но внешний вид индусов постепенно менялся - одежды были дороже, чаще попадались мужчины с густой бородой и повозки с женщинами. - Потому город не готов был, не ждали. А наш сахиб, как всё это увидел, так сразу с болезнью слёг. Он привык к тихому Каридкоту, к тихим проблемам. А тут громко, проблем много.
Мужчина подвёл из к среднему зданию с британским флагом, безошибочно выдающим местный административный орган от британцев. Перед зданием был какой-то ужас. Люди просто сидели вокруг него, облепив как мухи - мёд, и очень громко переговаривались, раздражённые и злые. Двери и окна местного самоуправления были наглухо закрыты, будто бы держали оборону от небогатых и безоружных просителей. На прибытие кшатрии отреагировали, впрочем, довольно позитивно. Сразу стало видно, что местных знают этого бородатого великана, а также знают, что он имеет какое-то влияние на местного британца. Именно это Лили уловила из его торопливого диалога с каким-то индусом, увязавшимся за ними до двери.
- Похоже, местный инспектор не хочет говорить с этими людьми, - шепнула Лили брату расстроенным голосом. - Он жалуется, что тот не открывает двери, ссылаясь на болезнь. Это ведь некрасиво, да Кристоф? Он ведь не выполняет свои обязанности?
Кшатрии жестом руки дал понять своему собеседнику, что дальше обсуждать вопрос не будет, и, подойдя к администрации, замолотил увесисто в дверь. Та чуть-чуть приоткрылась и стало видно немолодого скромно одетого слугу-индуса.
- Пусти, Ашок, к Эштон-сахибу Сантар-сахиб, передай.
Слуга склонился в поклоне и приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы кшатрии и Кристоф смогли войти и после дверь сразу закрыл.
Приёмная Каридкота была не пуста - в ней было порядка пяти британских солдат, которые, увидев Кристофа, сильно смешались и откровенно растерялись в лице. Слуга прошмыгнул мимо них во вторую комнату, из которой, буквально через две минуты, выскочил мужчина лет 35-37, с красными глазами и лихорадочно же красным лицом, но явными отличительными знаками местного инспектора. Но завидев посетителей он немного смешался. Фамилия "Сантар" конечно действовала магически, но колонисты часто забывали, что Сантаров тут аж 6.

+1

9

Кшатри так легко и непринужденно шел сквозь толпу, раздвигая людей в сторону, словно Моисей, пробирающийся через море, что Кристофу оставалось лишь следовать за ним уже по проложенному пути. Люд, хаотично наполняющий узкие улицы городка, пестрел самыми разнообразными красками, Кристофер даже поймал себя на мысли, что если бы они с Лили искали дорогу самостоятельно, то вряд ли бы вышли к нужному месту. На словах про внезапно заболевшего сахиба, Крис не удержал ироничного смешка, ага знает он, что это за болезнь такая, конечно, кому охота разбираться со всем этим безумием, Сантар и сам иногда позволял себе откосить от дел, которыми ему не хотелось заниматься и от проблем, которые не хотелось решать. Но в отличии от местного инспектора Кристофер предпочитал не отсиживаться в уголке, надеясь, что все решится само собой, а находил жертву, которая под давлением, подкупом или убеждением соглашалась сделать все за него
Здание с британским флагом сразу бросилось Кристоферу в глаза. Не мешкая, он направился к входу, глядя прямо перед собой, и, казалось, больше ничего вокруг не замечая. Однако недалеко от закрытой двери он вдруг остановился – и спокойный, внимательный взгляд задержался на сидящих возле здания возмущенных людей.
- Верно, Лили, некрасиво – это слабо сказано, из-за того, что он не выполняет свои обязанности возникает много проблем.Я думаю нам стоит с ним поговорить и напомнить, для чего он  вообще здесь находится. -  Кивнул Кристофер, подтвержая слова сестры, хотя та явно вкладывала немного иной смысл, переживая больше за несчастных индусов, чем за их собственное положение.
- Пусти, Ашок, к Эштон-сахибу Сантар-сахиб, передай. – Проговорил их сопровождающий и вот для них уже открыты двери в местный административный орган. Кристофер просто обожал эффект, который производит его фамилия, он буквально видел, как разморенный в своем кабинете инспектор обмахивается листами с жалобами, закинув ноги на свой рабочий стол и тут ему произносят это волшебное слово «Сантар». Как этот инспектор буквально за полминуты проходит все стадии принятия неизбежного, как на его лице читается отрицание - «Да ну. Чепуха. Не может же. Никак». Гнев – «Это же просто не справедливо». Депрессия – «Вашу же мать, честное слово». И, наконец, принятие – «Какого же ты здесь забыл, Сантар?» Последнее он и произнес вслух, правда, в более приглядной форме, а после изменился в лице, поняв, что перед ним стоит не тот-самый-Сантар, а молодой парень с маленькой девчушкой на руках.
- Господа – Вместо приветствия произнес Кристоф, буквально наслаждаясь произведенным эффектом. – Могу ли я попросить воды для моей сестры и заодно объяснений, ибо как верно заметила Лилиан, вы почему-то не исполняете своих служебных обязанностей. Пока мы добирались до вас, у нас возникла масса проблем с Кортежем, проблемы которого никак не решаются, преступностью, которая никак не регулируется, а главное с размещением моих людей. Как ваше имя, инспектор, думаю моему отцу будет интересно узнать кто подрывает авторитет британской власти в этих местах, выставляя ее бесполезной, не стоящей доверия и предпочитающей скрываться от проблем, вместо того, чтобы хоть как – то попытаться их решить. –  Кристофер обвел всех присутсвующих взглядом, вскользь пробегаясь по Лили, ну не решит же она пока все заняты по доброте душевной вынести живительную влагу сидящим у здания. Сейчас Сантар больше всего надеялся, что выбрал правильную тактику разговора. Порой Кристоф прокручивал разные варианты и до ужаса переживал за каждое свое действие и решение. Все-таки он был всего лишь двадцати двух летним парнем, в чужой стране, с людьми, которые на порядок старше его, а одним из самых сильных аргументов было его собственное имя.

+1

10

Лили не очень любила, когда кого-то отчитывают при ней, ей часто становилось жаль виноватого, даже если тот правда был виновен, но папа и Кристофер говорили, что это не правильно, и что без строгости и щенок людоедом станет. Потому приходилось терпеть, впившись в погон брата и стараясь смотреть в глаза молодых британцев и местного инспектора, как она считала - с укором. На деле, конечно, она скорее напоминала напуганного котёнка, что не против забраться по шторе на самый верх гардины и смотреть на разыгравшихся деток уже оттуда.
- С кем имею честь? - немного сдавленным голосом спросил инспектор, пока не подрываясь ни за водой, ни за отчётами, но посмотрев на Лили всё же кивнул одному парню из своих. - Сержант МакКони, воды девочке принесите. Так... в общем... нас не уведомляли о  прибытии... сколько вас человек?
- Сахиб прибыл с конницей в сотню человек, - вставил кшатрии, который пока занял позицию в тени, но даже так не терял внушительности.
- Сотня конных, - севшим голосом повторил инспектор, выпучив глаза, а потом схватился за спинку стула и потянул шейный платок, - Да Каридкот даже на крышах всех не разместит!
- Вот, вода, - тем временем поднёс стакан и кувшин МакКони, немного улыбнувшись Лили. Девочка немного оттолкнулась от плеча Кристофера, решая спуститься вниз, чтобы не пить у него на руках. А вдруг капнет мимо.
Когда он её отпустил, она сразу обеими руками взяла стакан, считая, что возможность в любое время попросить воды и спрятаться за ней - самое прекрасное, что есть в этом мире. Сержан ободряюще улыбнулся девочке и поставил графин на стол.
- Невозможно решить все проблемы разом, а уж тем более есть проблемы, которые невозможно решить вообще! - трагично, тем временем продолжал Эштон-сахиб, когда стало понятно, какой это из детей Сантаров. В пользу слов самого Кристофа играла та самая сотня конных, разумеется. Ну и Лили. Дизертиры и бандиты с чистыми маленькими девочками не разъезжают. А значит пришло время оправдываться, что он и делал. - Этот кортеж можно только пережить. Как стихийное бедствие! Как вы представляете возможным уговорить двух индийских принцесс поехать дальше на следующие сотню миль без последнего комфортного оплота цивилизации. Да и я слишком мелкая сошка, чтобы меня пустили дальше кольца их кшатрии. Да и вообще, индусы совсем ничего не понимают в организации, просто налетают на всё, как обезьяны, как стихийное бедствие! Кто-то из них в первый же день видимо притащил на себе заразу, я второй день с лихорадкой...
Он всё рассказывал и рассказывал, как его бравые ребята не могли даже переорать толпу, как остро не хватало людей, как его никто не уведомил о приезде кортежа. И наверняка в этом виноваты почтовые и логистические службы, или какой-нибудь нерадивый сержантик или ещё кто-то, он, конечно. Ничуть не обвиняет высший аппарат! Но тут в волоките и хаосе так легко потеряться нужному письму. И наверняка письмо о кортеже было, но до него не донесли! И...
И ещё много всего... Он говорил так много, что Лили в какой-то момент Лили потерялась в этом потоке слов и стала рассматривать окружение, людей, старого худого слугу. Потом вспомнила о тех людях, что сидели у самого управления. Целый день, на жаре... Ждали, что им кто-то что-то объяснит, поможет, а им даже воды не вынесли. Они наверняка хотят пить.
Лили аккуратно взяла со стол кувшин, стакан и тихо, чтобы никого не тревожить, пошла к двери.

+1

11

Кристофер невольно улыбнулся на реакцию местного инспектора, когда тот выразил всю палитру изумления в интонации столь короткой фразы «С кем имею честь?». Это льстило. Внезапность позволяет овладевать ситуацией в полной мере, забавно смотреть на людей, которые не успели подготовиться к обстоятельствам. Впрочем забавность ситуации пропала, когда Кристофу стали втирать про всю безысходность и тленность бытия. Мужчина все говорил и говорил скорее для собственного успокоения и оправдания, чем из желания ввести Сантара в курс событий. Вскоре Кристофер нетерпеливо поджал губы. Его пытались заболтать? Не воспринимали всерьез? Может он был не достаточно убедителен? Или производил вид человека, который готов был махнуть на все рукой и позволить просто «переждать стихийное бедствие»? Вот уж вряд ли.
Кристоф терпеть не мог неэффективных людей, чьи хрупкие достижения ломаются под титаническим грузом ошибок. И какими бы впечатляющими не были поступки, но деготь проступков с легкостью портит репутацию. Сантар скрупулезно следил за своей. Его репутация - его дорогой костюм, в котором он вынужден представляться перед обществом. Достойным и не очень. И как сильно подпортится его репутация, если он не сможет найти место для отдыха своим людям.  Кристофер считал, что каким бы ни был его собеседник, но изменять себе, опускаясь на ступень ниже для лучшего понимания, сочувствия и налаживаниях контакта, не стоит.
- Вы то, я смотрю, в организации понимаете куда больше, чем стадо обезьян-индусов.Скажите, вам же известно, что стихийные бедствия не щадят никого? Неужели вы действительно думаете, что если вы решите просто отсидеться, это бедствие обойдет стороной ваше маленькое уютное убежище? – С нескрываемым сарказмом поинтересовался Кристоф, прерывая поток жалоб и нытья, доносившийся из рта Эштона.
- Значит так, я готов выделить вас определенное количество людей, раз вас катострофически не хватает, но для начала вы обеспечите моим людям кров, уверен вы что-нибудь придумаете, верно? – Произнес он тоном, не терпящим возражений. – И разберитесь уже с компанией под вашими дверьми, пока их вам не выломали. – Парень кивнул на окна, через которые можно было заметить кучку усталых, сидящих под палящим солнцем индусов. Они о чем-то переговаривались и передавали из рук в руки кувшин с водой, между ними шнырял маленький силуэт… Стоп. Погодите ка…
Кристофер тут же стер с лица маску суровости. Вернее... она сама сорвалась под натиском нахлынувших эмоций. Какого черта?! Буквально пять минут назад он проверял Лили, и она сидела здесь на месте, у окна, так почему сейчас она разгуливает среди толпы индусов?! Когда она вообще успела выскользнуть?! Удержавшись от ругательств, которые буквально желали вырваться изо рта, Кристофер кинулся на улицу. Какой то мужик с видом мученика рассказывал Лили о его бедной доли, что ему не доплатили, что они остановились в ужасных условиях и судя по всему он был не первый. Кто вешал девочке лапшу на уши.
-Лилиан! - Кристофер успел подхватить Лили прежде, чем она положила в протянутую руку монетки, вот только судя по всему от неожиданности младшая-Сантар выронила кувшин, окатывая индусов и близсидящих к нему людей водой. И ладно, одежду можно было высушить под этим палящим солнцем, а вот бумаги, которые находились в руках индуса, были безнадежно испорчены.

+1

12

Это было так ужасно, всё это бесчестное отношение к сидящем в городской пыли мужчинам и старикам. Индия была странной, здесь жили либо худые и заморённые, либо толстые и бородатые. Те, кто подпирали своими полуобнажёнными спинами стены британского административного центра были первыми. Босоногими, небрежно одетыми, гладко бритыми, реже с усами. Те, кто был с усами, к слову, стояли, и на их плечах были кафтаны, и стояли они по-отдаль от других. Лили опять вспомнила, что всё это влияние каст, и подумала, не являются ли те, что внизу неприкасаемыми? Но на них были тюрбаны и они были одеты в жёлтое, что, вроде бы, значило ранги повыше...
Девочка быстро запуталась в этих мыслях. Она стояла на пороге, с графином воды, который блестел своим прозрачным содержанием в жарком индийском солнце. И именно взгляды, пущенные на эту, непривычно чистую для индийских обывателей, воду напомнили ей основную цель визита. Покраснев немного от пристального внимания, она аккуратно сошла со ступеней, наполнила стакан водой и робко подошла к первому мужчине.
- Krpaya kuchh paanee lo, - несколько костноязычно проговорила Лили, тщательно подбирая эти пару слов. Её хинди всё ещё был слаб, но очевидно, что смысл мужчина понял правильно, улыбнувшись широко и с жадностью взяв из рук девочки полный стакан воды. Она видела, что прочие просители зашевелились в их сторону и даже немного напряглась, её всегда пугала толпа. Буквально за мгновение до того, как напуганный зверёк внутри собирался взять верх и погнать её к крыльцу, она сказала себе, что дочь генерал-губернатора не должна боятся, и вообще тут боятся нечего, но людям надо сказать, что не надо её обступать, да. - Jaldee mat karo, main tumhen sabakuchh doonga.
Ей казалось, что фраза звучала убедительно, но скорее всего на силу убеждения играл факт того, что она зашла в здание с офицером и кшатрии, а в волосах были дорогие заколки, лучше всяких слов говорившие небогатым индусам о статусе, поскольку они оценивали значимость человека глазами. Мужчины снова сели, с плохо скрываемой жадностью смотря на кувшин и кружку, и, судя по тому, что они не гнушались пить из одной посуды - они всё-таки были одной касты. Один из них, выпив воды, вдруг начал ей громко и экспрессивно объяснять что-то на хинди, то и дело тыкая пальцем в сторону двери администрации, потом толпы, и обратно. Лили замерла с кувшином, силясь понять, что ей хотят сказать. Она хмурила тонкие брови и закусила губу, но только со второго повтора уловила то, что в его доме разместили пять человек без его спроса, и им нечем кормить гостей, а местный сахиб совсем ничего не делает с ситуацией. Щёки Лили обожгло румянцем стыда, будто бы ей высказывали за её нашкодившего щенка. Она смущалась, переминалась с ноги на ногу, а потом не нашла ничего лучше, чем открыть свой маленький кошелёчек, где были рупии на мелочи, что ей бы захотелось купить в пути, и достать оттуда монету.
- Лилиан!
Девочка испуганно взвизгнула, кувшин рухнул на землю, разлетевшись на блестящие на жаре осколки, а окружающих окатило водой.
- Ой... ой-ёй! - Лили с полными несчастья и вины глазами смотрела на намокшие бумаги, и от досады за свой испуг у неё на глазах выступили слёзы. - Ой, я совсем не хотела намочить бумаги! - индус открывал и закрывал рот, очевидно не решаясь разродится гневной или трагичной речью под строгим взглядом Кристофера, и этот рыбий жест только усиливал чувство вины без того уже безмерное. - Там наверное были просьбы о расселении, а я всё испортила! - Чувство вины было достаточно безграничным, чтобы маленькая Сантар не понимала истинной причины негодования брата. Ну разве можно злится на то, что она просто дала людям попить воды?
Индус трагично посмотрел на бумаги, и всё таки решил ударится в весьма громкие сетования о том, что вся его семья пойдёт по миру из-за этого ужасного кортежа, и как несправедлива судьба к нему, бедному трудяге. Он потрясал бумагами с потёкшими чернилами перед Кристофом, на помощь которому не спешили местные пять британцев из администрации.

+1

13

Если бы он мог, то закатил бы глаза к самому позвоночнику. Казалось, что эти индусы, просто физически не могут говорить спокойно, не мельтешить, не махать руками перед твоим носом. Еще чуть-чуть и Кристофер заскрипит зубами – он терпеть не мог чужие капризы, а уж тем более, когда эти капризы были направлены в его сторону так еще и в подобном тоне. Первое желание Санатра было сочувствующе пожать плечами, развести руками, мол я ничего не могу поделать, нет бумаг – нет рассмотрения проблемы, сам виноват, что не держал их в безопасном месте, ты столкнулся с большой и злобной тварью, имя которой была бюрократия. А в этом деле легко можно было споткнуться на самом простом - и плакали твои усилия, а неумолимое лицо администрации повиливает тоном, не терпящим возражений, переделывать все и немедленно, и только в этом случае ты, возможно, сумеешь выжить в этом необъятном мире правил и требований. Скорее всего Кристофер так бы и поступил, если бы не Лили, у которой глаза уже были на мокром месте, а чувства жалости и вины буквально переполняли девочку.
- Послушай, милая, -Кристофер ободряюще положил руку на плечо сестры – Это не твоя вина, что этот мужчина проявил крайнюю степень безответственности, если это были важные бумаги, то их надо было беречь, а не размахивать направо и налево. – Люди сами виноваты в своих бедах – звучало в его словах. Всегда, когда удавалась возможность, Кристофер пытался в ненавязчивой манере донести до сестры свое мировоззрение, не прописные истины, которые, по его мнению, помогут ей в жизни. Он бы еще рассказал ей о тонкостях поведения с людьми, но надоедливый индус не унимался, продолжая сетовать на гостей.
- Вот оно и хваленое индийское гостеприимство, вот тебе и открытые, доброжелательные люди. – Не удержал ехидного смешка Сантар. Ох как же ему хотелось заткнуть этого надоеду, напомнить, что вообще то их народ считает, что постороннего человека, пришедшего без приглашения, следует принять с наивысшим гостеприимством, а как же их вера, что Бог может войти к ним в любом обличье и в любое время, неужели он еще будет требовать за такое счастье деньги? Или когда речь идет о материальных благах, на веру можно закрыть глаза? – Кристоф мог бы произнести укоризненную речь, надавить на совесть, использовать против индусов их же традиции, и под конец добавить, что они еще благодарны должны быть гостям за такую радость, но у Криса чертовски не хватало словарного запаса и всю эту речь приходилось сокращать до коротких обрывистых фраз.
- Аtithi bhagavaan hai. – Едва ли не укоризненно припомнил он старую индийскую поговорку и для пущего эффекта покачал головой. - Ааpako khush hona chaahie. Bhagavaan aapako apane achchhe ke lie inaam dega. – Продолжал свое внушение Кристоф, замечая, что индус вроде присмирел, но потом вновь, уже чуть тише заикнулся про деньги.
- Лили, - Кристоф обратился к сестре, пока та вновь не решила пожертвовать монет из ее собственного кошелька. – Тебе же айа рассказывала, что у индусов принято гостить не с пустыми руками, даже если гости незваные? Так вот, как думаешь есть ли смысл давать этому господину деньги сейчас, если ему наверняка помогут гости, или возместить расходы, когда кортеж (а уж тем более Сантары) отсюда уедет? – К тому же, на тот момент это будут уже проблемы местного инспектора, а не наши – добавил он мысленно. Не то, чтобы мнение девятилетней девочки было особо важно для Кристофа, но почему бы не позволить сестре поразмыслить над ситуацией, в конце-концов аналитическое мышление лишним не бывает.

Отредактировано Christopher Santar (9 августа, 2018г. 14:03:56)

0

14

Если было необходимо сделать Лили послушной... гипотетически представим, что она не слушается... Так вот, если необходимо было сделать Лили послушной, ничего не могло подействовать на неё сильнее, чем стыд и чувство вины. Маленькое желание маленькой девочки вызывать в окружающих только положительные эмоции, не доставлять им неприятностей и не досаждать. Мысль о том, что кто-то из-за неё расстроен, хлопочет или, хуже того, пострадал физически, душевно или материально падали на Лили обухом, и она готова была сделать всё, чтобы исправить ситуацию. Положительной стороной было то, что она была самой прилежной ученицей среди детей Сантара, и гувернёры без труда могли манипулировать этим инструментом в благих целях. Отрицательной...
Лили сделала глубокий вдох, усиленно гоня внутрь себя не прошенные слезинки, но индус орал, брат иронизировал, всё было плохо.
- Послушай, милая, это не твоя вина.
- Но... но кувшин, - пискнула девочка, не очень убеждённа тем, что бедный голодный человек виноват в такой оказии. Конечно же она должна была быть осторожнее! Он же не мог знать, что к нему выйдут с водой и у него совсем-совсем нет сумки, куда можно сложить бумаги, и... И она такая пугливая, вот если бы она не испугалась!...
Но ситуация была уже вне контроля Лили. Брат прямо и чуть иронично разговаривал с местным жителем и тот чувствовал эту британскую уверенность, этот твёрдый колкий взгляд, видел, в конце концов, характерные погоны и форму, осанку, всё то, что говорило о человеке - это сильный британский колонист, и он не поддастся на провокации о бедной жизни. Особенно когда Кристофер заговорил на ломанном, но всё же хинди, ловко ввернув пословицу. Собиравшаяся было вокруг них группа местных на этом моменте чуть насторожилась и поредела. Слабенькая надежда взять в свои руки ситуацию за счёт внезапных гостей угасла, и они будто голодные собаки возвращались к своим "лежанкам", злые, недовольные, раздосадованные, но пока ещё терпящие руку хозяина. Ребёнок не понимал всех этих тонкостей, но лица местных продолжали давить на всё те же чувства. Ей хотелось всё сделать правильно, а что делать, собственно, правильно, она не имела ни малейшего понятия. Зато это знал Кристоф! Потому что он всегда знает, как лучше:
– Тебе же айа рассказывала, что у индусов принято гостить не с пустыми руками, даже если гости незваные? Так вот, как думаешь есть ли смысл давать этому господину деньги сейчас, если ему наверняка помогут гости, или возместить расходы, когда кортеж (а уж тем более Сантары) отсюда уедет?
- Д-да, конечно ты прав, - проглотив остатки слёз сказала Лили, вывернувшись и спрятав лицо на плече брата, чтобы стыд кусал не слишком сильно. - Я... Я куплю подарок тем хозяевам, у кого будем гостить мы! - вдруг решила Лили, и дико обрадовалась этой чудесной идее. В свои девять лет она уже знала, что она, Лили, не может помочь всем. Усиленными стараниями папы и братьев девочка это поняла. Но ведь она может купить чудесный гостинец тем хозяевам, что приютят их у себя! Медленно, робко, но Лили улыбнулась, а в глазах загорелись искры "прекрасной идеи".
- У мисси сахиб сердце Ситы, но пока нет Рамы с луком за её спиной, чтобы оберегать от Раваны, - с лёгким смехом сказал давешний кшатрии, что вышел на крыльцо чуть погодя Кристофа и видел окончание этой сцены. Хотя сказал он это на британском, Лили не поняла половины фраз и, конечно же, смысла, но по глазам бородатого великана как-то догадалась, что это был комплимент. - Раз уж вы знаете индийские пословицы, должны знать и то, что дела не решаются стоя и с голоду, сахиб-лог. Я поговорил с Эштон-сахибом, мой дом - ваш дом, - из под чёрной бороды блеснули белые зубы мужчины. Конечно же кшатрии понял за недолгий разговор Кристофера и Эштон-сахиба простую истину - пока эти британцы тут, у маленького Каридкота есть шанс пережить "нашествие" с меньшими потерями.
***
Кшатрии звали Бхаратом, и до прихода британцев его семья была той, что отвечала за порядок в маленьком городке. Его отец смещение принял не очень хорошо, но проглотил пилюлю и сдал своё оружие, отказавшись впредь быть кшатрии. Недолгая, буквально семилетняя автономия уже успела вскружить голову ему, но не Бхарату. Сын оказался осторожнее, умнее и рассудительнее отца. Он не вступал в своры с посаженными мелкими чиновниками и тихо делал всё по своему усмотрению, давно получив в городе негласный авторитет местного лидера. Каридкот имел небольшого князька, или, вернее, какого-то пятого сынка какого-то князька, но в его доме разместились пресловутые принцессы, так что дом Бхарата стал для Сантаров лучшим возможным вариантом. За обедом кшатрии ненавязчиво объяснил Кристоферу, в чём главная сложность каравана, а потом они ушли в город, оставив Лили на попечение Кунти, её айи, и доверив "важное задание" разбора вещей на ближайшую пару дней.
О-о-о, это было безпроигрышным вариантом. Лили старалась выполнить всё ужасно ответственно, и она понимала, что брату надо будет подготовить сменную одежду, ровно как и себе, проверить сумки и сундуки, передать слугам, чтобы они всё погладили, и распорядится к пятичасовому чаю, конечно же!
Лили увлеклась процессом, она перебирала их сундуки, занявшие половину комнаты, и аккуратно складывал всё на место, пока не наткнулась на шкатулку с украшениями матери...
И время прошло как-то слишком быстро.
К слову, к пятичасовому чаю Бхарат и Кристофер не вернулись, так что Лили просидела за столом с Кунти, вертя в руках мамину брошь в виде ветви сирени. Вернувшись в комнату, Лили спрятала её в свой кошелёчек и окончательно собрала все вещи, сменив платье на домашнее и передав через Кунти просьбу приготовить ужин и получив ответ, что эту трапезу будут готовить к приезду хозяина дома...
Кристофер вернулся уже после заката. Пряная индийская ночь была пропитана запахами цветов и не умолкающим стрёкотом, пением, выкриками животных из джунглей, там, буквально за пять домов от окна. Лили сидела у окна, опираясь на него локотками и смотря на улицу, и когда к дому рысью подбежал длинноногий жеребец Кристофера в компании крупного коня Бхарата - разулыбалась, подскочила и побежала вниз, только что махнув свободной жомашней причёской и бантом в ней. В холл чужого дома она, конечно, спускаться не стала, но когда Кристофер зашёл в коридор выделенных им комнат, с радостным смехом подбежала навстречу, обнимая.
- Ты долго, - голос задравшей голову Лили был лишён упрёка, это была, своего рода, просьба рассказать, как прошёл день. Лили видела, что воротничок мундира у него потемнел от пота и пыли, под глазами залегли синяки, а в вечно идеальной причёску появилась какая-то небрежность, будто с ней щедро поиграл ветер, или в неё постоянно запускали руки. - А я попросила приготовить нам ужин. Правда мне сказали, что ужин приготовят, когда вы вернётесь. Но я оставила пирожки-карри и пахвалу с пятичасового чая, - отчиталась довольная собой Лили, широко улыбаясь брату.

+1

15

Он, кажется, всегда ощущал на себе подобные взгляды. Вечно от него кто-то чего-то ожидал. Отец - успехов во всех начинаниях, Лили – советов и поддержки, Аленари - терпеливого снисхождения ко всем своим нахальным выходкам, служба - убийственной самоотдачи и пылкого рвения, товарищи - силы волевых решений, враги - ошибки. Поэтому ожидание, что он поможет навести порядок в этом городке Кристоф принял как очередной вызов. И смысл был не в какой-то геройской браваде, где он вдруг решил самоотверженно решать проблемы местных жителей, а в том, что потерпи он фиаско, это будет сильный удар по его гордости и репутации. Вконце-концов Кристоф любил дисциплину, уважал контроль (лишь тот, над которым он властвует, а не под которым вынужден прогнуться), а потому находил в наведении порядка в городе некое умиротворение. По крайней мере до тех пор, пока голова не начала пухнуть от множества лиц, имен и проблем, которых оказалось куда больше, чем перечислял Бхаратом: выплата жалований, компенсация хозяевам за содержание гостей, воровство, нехватка продовольствия и воды, мелкие разборки, которые плавно перетекали в драки и хотя бы часть из этого надо было решить пока не начались массовые побоища. Здесь волны беззакония врезались в камни благих намерений и надо было кто действительно пострадал, а кто просто хотел нажиться.
К счастью у Кристофа была прекрасная техника борьбы с проблемами в любых ситуациях: начиная от бытовых и заканчивая политическими. У него были тезисы, подкрепленные ясными аргументами и фундаментом мощной поддержки. Он умел подстраиваться под любой уровень общества. Где-то распыляясь в изысканном красноречии, а где-то излагая внятно и конкретно. Все в нем было грамотно построенной игрой, даже движение рук. Поверни ладонь вверх, если хочешь расположить к себе человека, смягчив, и тыльной стороной вверх - если нужно обратить внимание на властность и заставить откровенно подчиняться. Но все же с таким количеством проблем просто физически было невозможно справиться, постоянно вставала проблема за что взяться. Кристоф, взвешивая объективность, был методичен и не спешен в принятиях решений, а потому если и излагал вердикт, то уверенный и состоявшийся, как фолиант, успешно прошедший критику придирчивых знатоков. Они с Бхаратом подрывали местных инспектаров, поручали что-то своим людям, но городок спокойнее от этого особо не становился.
Зато Сантару повезло в одном: Бхарат оказался крайне занимательный собеседник, готовый в случае необходимости подхватить корявый хинди Кристофа, а в перерывах поболтать про охоту, Индию и жизнь в Англии, о которой Крис рассказывал с нотками ностальгии в голосе.
Они вернулись уже после заката. Кристофер спустился с коня, устав и казалось задыхаясь в поднятой дорожной пыли. Он медленно провел пальцами по голове, вновь вороша тонкими фалангами волосы и зачесывая их назад, словно смахивая налет гнусных мыслей, рожденных вэтом безумном деньке.
- Я как будто побывал в огромном постоянно кипящем муравейнике. – пробормотал Крис, устало утыкаясь в макушку сестры. – В следующий раз, когда решишь слечь с тепловым ударом, выбирай более спокойное место. – Его губ коснулась легкая  улыбка, он просто не мог не подразнить Лили шутливым укором.
- Пахвала, то что мне сейчас и надо, я кажется готов съесть целого слона, не посмотрев на то, что у него мышц больше чем мяса. – Когда они вошли в комнату, Кристоф тут же повалился на ближайшую кушетку, даже не удосужившись переодеться.  Здесь пахло теплом и опрятной чистотой, все лежало на своих местах, но с непринужденностью, в которой не замечалось чопорной педантичности. Крис на миг прикрыл глаза, переваривая весь сегодняшний денек. Когда-то он хотел большой власти - сейчас был не уверен.
- Ты здесь не скучала? С тобой хорошо обращались? А самочувствие как? – Он буквально завалил сестренку вопросами, понимая, что предпочел бы провести время с Лили, а не вот это вот все. – Я завтра постараюсь урвать время, сходим в город, там хоть и творится черт знает что, но я видел несколько интересных мест, уверен ты найдешь себе что себе прикупить. – Кристофер ободряюще улыбнулся и, запустив в рот местную сладость принялся рассказывать о нелепых случаях, услышанных им сегодня, как например, хозяин и гость  поспорили, на сколько осколков рассыплется большое зеркало, если разбить его. Выигрывал тот, чье предположение оказывалось ближе к истине, хозяин проиграл и теперь требовал компенсацию за зеркало – и это был не самый забавный случай.

Отредактировано Christopher Santar (3 сентября, 2018г. 20:34:11)

+2

16

Лили залилась равномерным румянцем на комментарий брата о тепловом ударе, до сих пор не всегда понимая, где заканчивается упрёк и начинается сарказм. Легче было, когда он говорил свои шутки ироничным тоном тогда всё складывалось, всё было просто. А сейчас, преисполненная чувствам вины за то, что так не вовремя занемогла, Лили потянула брата вазу со сладостями, очень стараясь ему угодить, чтобы немного скрасить плохой день.
Такой уставший и чуть-чуть небрежный Кристофер приходил крайне редко. После важных операций с отцом, разве что. Обычно он всегда казался сделанным из неутомимой стали, но Лили знала, что это совсем не так. Что он просто очень сильный, но даже ему иногда надо уставать, как и всем в этом мире. И такие моменты, когда старший брат был ленен и небрежен девочка по-своему ценила. Будто бы оказанное доверие, будто бы что-то такое важное и личное. У маленьких людей маленькие ценности, которые большие люди ценить перестают.
- Ты даже успел подумать куда мы пойдём завтра, - с детским восхищением проговорила Лили, забираясь на диван под бок к брату, - а я не буду тебе мешать? Там в городе столько народу и они все чего-то хотят... - на этой фразе девочка поёжилась, вспоминая огромную толпу, заполонившую улицы. Здесь, в доме Бхарата, в пряном запахе индийского вечера это уже стало неприятным прошлым.
- А я узнала у айи всё о индийской свадьбе! - встрепенулась Лили, чуть выпрямившись, чтобы смотреть Кристоферу в глаза. Ей так хотелось хоть немного ему помочь! - Иногда кортежи невест проделывают путь до полугода, пока не достигнут замка будущего мужа, но чаще князья стараются отдавать девочек за раджей соседних провинций. "Сосед всегда у бока и бок должен греть, а не колоть", - так сказала Кунти. И она сказала, что такой большой и далёкий кортеж - это редкость, и это важно, очень  важно, что кто-то отдал большое приданное в такие дали. Она говорит, что этот брак может значить многое, вот.
Лили открыла ротик и хотела сказать что-то ещё, но поняла, что больше ничегошеньки и не знает. Она просто повторила слова айи, но озвученные сейчас Кристофу они как-то потеряли треть своей значимости. лили почувствовала себя неловко и немного перевела тему:
- Эти раджи, они друзья англичан, да? Потому с ними столько хлопот?

+1

17

На душе - тепло и спокойно, прямо как и за окном. Из приоткрытого окна дул прохладный ветер, его порывы приятно касались двух каштановых шевелюр. Пытаясь собрать мысли в кучу Кристофер прикрыл глаза тыльной стороной предплечья, скрывая их от света, кончиками пальцев расслабленной кисти, едва касаясь кудрей сестры, приклонившей голову на его плече. Расслабившись всего на пару минут, Сантар ненадолго задремал, ему даже начал сниться какой-то сон. Радостное щебетание Лили  заставляеь его снова вернуться в реальность. Убрав руку с лица, он одним глазом взглянул на сестренку, одарив ее добродушной ухмылкой.
-Не завидую я офицерам, которым приходится сопровождать всю эту процессию, особенно если она идет полгода.Только представь: целыми днями ездить взад и впред этой длинной колонны, убеждаясь, что никто не осталь позади и не возникло проблем в первых рядах, даже у пастушьего пса работенка поприятнее будет. Как же хорошо, что у нас традиции куда более цивилизованнее. – Кристофер потянулся, а затем прикрыл ладонью рот, давя зевок и довольно щурясь.
- Отношения с раджи действительно бывают важны, но хлопот с ними так много потому, что в этой дикой стране, кажется нет элементарного понятия порядка, они даже бытовые споры порой не могут между собой решить, я уже не говорю об этой толпе из кортежа. – Кристофер замечает, как при упоминании толпы в глазах Лили проскакивает паника и отголоски страха. Ему не нужно было силиться в неясных потугах, чтобы понять какого это девочке находиться среди кучи высоких незнакомых людей, когда со всех сторон давят, но все же Лили была Сантар, а Сантары всегда отличались умением справляться с неприятностями, даже если им девять лет.
- Послушай, Лили, я понимаю, что ты чувствуешь себя в толпе крайне неуютно, мне тоже не нравится, когда кто-то вторгается в мое личное пространство, но послушай, ты у нас всегда была отважным Вооробьем, так, что если в толпе почувствуешь себя неуютно, не начинай мельтешить и паниковать. Тебе надо просто очеловечить толпу. Для этого достаточно просто посмотреть хотя бы на одного человека. Неважно, на кого, просто рассмотреть его, потом обратить внимание на другого,  увидеть не серое мелькание теней или поток, который пытается тебя унести, а обычных людей. Как думаешь, справишься? -  Протянув руку и положив ее на макушку Лили, Кристоф слегка потрепал ее волосы. -Сделаешь это для меня, чтобы я мог гордиться своей храброй сестрой?
***
Новый день был не легче предыдущего, казалось, что люди со своими требованиями и проблемами не кончатся никогда, однако ближе к обеду, оставив легко разрешимые дела на часть своих людей и  местных инспекторов, Кристофер все же смог выкроить время для Лили. Сказать по правде, в Каридкоте смотреть было нечего, единственной достопримечательностью был местный храм и торговые ряды, где даже имелись несколько мастерских, о которых местные жители говорили с такой гордостью, будто бы это были залежи ценных ресурсов. Часть пути этих «объектов культуры» все же можно было проделать верхом, но ближе к месту толпа перерастала в муравейник, где проехать на коне и никого не задавить было попросту невозможно.
- Знаешь, Лили, многие находят в таких небольших городках свое очарование, но я, если честно просто не представляю как можно жить в деревнеподобном поселении: одни и те же лица, одни и те же улицы, мне кажется в таких местах вообще ничего никогда не меня...- Кристоф не успел договорить, вместо этого он лишь удивленно выдохнул, почувствовав, как в его грудь что-то врезалось. Опустив глаза он увидел перед собой явно спешившего куда-то мальчишку: растрепанные волосы, большие глаза и озадаченный, слегка наклоненная в сторону голова делали его похожим на совенка.
- saavadhaan rahen, ulloo. – Пробормотал Сантар, крепче сжимая в правой руке руку Лили, левой отодвигая с дороги паренька, мол иди куда шел. Однако паренек застыл на месте, некоторые прохожие тоже остановились, их осуждающие взгляды были устремлен в на британцев.*
*Сказать, что кто-то является детенышем какого-то животного, особенно совы, как и дотронуться "нечистой" левой рукой в Индии является большим оскорблением

Отредактировано Christopher Santar (16 сентября, 2018г. 18:12:56)

+1

18

У некоторых взрослых была какая-то магия. Особая, очень тонкая магия, которая помогала им слышать, что твориться в её мыслях, как она слышит музыку через два дома. Такой магией обладали и папа, и Вальден, и Кристофер, но проницательность старших её радовала далеко не всегда. Куча чаще смущала. Совсем как сейчас - девочка потупила глаза на замечание, рассматривая пёстрый узор из "огурцов", покрывавший кушетку. Она не должна бояться, не должна мельтешить, но всё это происходит... оно само по себе происходит! Она не хочет, чтобы так случалось, но когда людей становится больше неба, всё случается само.
- Я постараюсь, - тихо проговорила Лили, ковыряя пальчиками яркий узор, вся красная от замечания и потупившая глаза. Когда брат коснулся головы, она чуть-чуть расслабилась и потянулась к нему добавив, - очень постараюсь.
***
Сказать, как то бывает всегда, оказалось легче, чем сделать. Она действительно рассматривала лица людей, идущих по бокам лошади нескончаемым потоком, но формула Кристофера перестала работать, стоило им спуститься вниз. Глубинные страхи, это то, что мы получаем когда-то маленькими, и то, что проносим с собой на уровне рефлексов - не трогай горячее, обожжёт, не пытайся вдохнуть в воде - захлебнёшься, не ходи в толпе...
Толпа приходила к поместью графа Бекингема, чтобы утащить Агату, будто бы та была злой колдуньей из сказки, толпа с руджьями убивала британских солдат - всё это была толпа. И Лили чувствовала, как что-то внутри её каменеет и цепенеет внутри этой толпы, повторяя про себя лишь: "быстрее отсюда, быстрее, быстрее!". Одной ладошкой она сжимала руку брата, якорь своего здравомыслия, а второй кошелёчек с брошкой матери - её сокровище и талисман. Утром, когда она вертелась перед зеркалом и собиралась на прогулку, маленькая леди решила, что изящное украшение станет её талисманом, защищающим от страха и толпы. Придуманная магическая формула почти работала: Лили не паниковала, она просто напряглась, как собачка, в этой толпе лишь стараясь пройти тише и незаметнее. Под носом у тигра, не разбудив его.
Брат заговорил и Лили подняла глаза на его профиль, контрастно очерченный жарким индийским солнцем, от которого её защищала широкополая шляпа с лентами. Ответить ему девочка не успела - в них врезались.
- Saavadhaan rahen, ulloo.
Секунду глаза паренька были странно, для Лили, потрясёнными, а потом в них вспыхнуло что-то резкое и гневное. Он был всего на голову выше Лили, потому она это видела, не то что, брат. А ещё она почувствовала, что толпа "проснулась". Повернула в их сторону огромную голову с напряжённым и осуждающим взглядом проводив один их шаг, другой...
Мальчик так и стоял, немного красный от негодования, и тяжело дышащий. В таком же напряжении на них смотрели и некоторые другие, провожали... Лили стало очень не по себе от этих взглядом, она обернулась, чтобы увидеть, что какая-то индуска украдкой поплевала на их следы за их спинами и глянула зло-зло...
- Кристофер, они злятся, - пролепетала Лили, а потом увидела, что некоторые мужчины, кто одет побогаче, подошли к мальчишке, что-то тихо ему сказали и потрепали по плечу, а потом двинулись следом за Сантарами. Лили до боли сжала свой "амулет". - Кристофер, они идут за нами! - с нарастающей паникой сказала Лили.

+1

19

Мальчишка останавливается, ерепенится, ощетинивается, как маленький недовольный котенок — не хватает только хвоста, чтобы подняться над телом, показать свое недовольство. И выглядит он больше забавно, чем угрожающе. Кристофер лишь хмыкает, не обращая внимания на его недовольство и слегка подталкивает Лили вперед, предлагая ей пойти дальше.
Все меняется так резко, что Кристофер не успевает эти перемены осознать:
Толпа начинает оживать, шипят голоса и мешаются в единое целое обрывки явно недовольных разговоров, спину буквально прожигает чей-то недобрый взгляд. Кристоф чувствовал на себе чужую бессильную злобу, в которой кто-то с отчаянием сжимал кулаки до того, что полумесяцы ногтевых пластин разрывали кожу, заставляя кровоточить,он впитывал негодование в искрящемся взгляде, от которого сердце ускоряет бег.  Никто не любит чужаков. И несмотря на все, британцы здесь чужие. Впрочем, никто не смеет подойти к ним ближе, схватить, плюнуть или открыто высказаться. Пусть только попробуют. Считается, что побег провоцирует погоню не зря – это такое старое правило, которое сидит глубоко в охотничьих инстинктах, даже ускорение шага может вызвать агрессию. Так что Кристоф лишь крепче сжимает руку сестры, продолжая спокойно пробираться вдоль толпы, чувствуя как Лили начинает паниковать. «Они злятся» - донеслось до его слуха, Лили выразительно взглянула с немым - как мерещилось Сантару-страхом, который всколыхнулся в детских глазах.
- Пусть злятся, не обращай на них внимания.- Кристофер невольно напрягся, впрочем, не позволив беспокойству сломать безупречную полуулыбку на его лице, он лишь вздохнул чуть глубже. – Все будет х-орошо, я обещаю, не бойся. – Рука Кристофера ложится на плечо девочки. Просто верь мне. Он отчетливо понимал, что это не лагерь беженцеев или место военных действия и опасности здесь нет, он уверен был на все сто процентов, но на всякий случай мужчина все же проверил наличие оружия у себя. Он давно уже осознал, что по этой стране передвигаться без оружия – непозволительная роскошь, даже если ты просто гуляешь с младшей сестренкой.
Когда за ними начинают двигаться фигуры, у Сантара самого внутри шевелится какое-то смутное беспокойство, но Кристоф старался выглядеть невозмутимо – зачем еще больше тревожить Лили. Чего хотят эти люди? Ограбить их? Возмутиться по поводу обстановки в городе? Выразить свое недовольство британской властью? Так или иначе, мужчины уже практически догнали Сантаров.  Кристофер плотно сжал губы, ощущая нарастающее напряжение в груди, которое срочно нужно было подавить. Он резко обернулся к преследователям, отодвигая лили себе за спину. Сантар до последнего надеялся, что ошибся в своих предположениях, может они хотят задать ему вопросы о кортеже, впрочем их выражение лиц не предвещало ничего хорошего.
- Sajjano, kya aapako koee samasya hai?- Проговорил, едва раскрывая рот, и очень походил на рычащего волка.
Медленный вопрос отдавал змеиным низким шелестом, полным опасности и предостережения. « Если вы хоть еще на шаг приблизитесь к моей сестре, я перегрызу вам глотку».
- Yadi aapako samasyaen hain, to mere logon se sampark karen - Последние слова прозвучали на октаву ниже. Кристофер не хотел нагнетать, а лишь напомнить о том, кто правит парадом. Напомнить, с кем они связываются.

Отредактировано Christopher Santar (13 ноября, 2018г. 16:17:55)

+1

20

То понимание значений, этого скрытого подтекста в глазах других людей, принято называть эмпатией, и эта эмпатия даже в маленькой Лили была сильна. Она видела, чувствовала, что сердца этих индусов будто бы с пустого места наполнились злобой. Девочка вся прижалась к Кристоферу, но брат будто бы даже не замечал этого. Он шёл спокойно и неспешно, его лицо было неподвижно в своей невозмутимости. Неужели он не видит этой злости? Или она лишь утритрует? Девочка почти поверила этому, но тут, за очередным поворотом, брат резко оттолкнул её за спину, и из спокойного кота превратился в злого тигра. Его низкий голос звенел угрозой, такой же, какой горели глаза бородатых индусов, держащих руку на поясах с оружием. Сердечко Лили панически забилось и она обеими руками впилась в кошелёчек с брошью.
- Aapane ek bachche ka apamaan kiya hai, - в тон ему ответил один из мужчин, и взгляд его был смесью злобы и осторожности. Будь они зверьми уже кружили бы друг напротив друга, выискивая метсо для опасного броска. - Ham angrejee bachchon ko apamaanit nahin karate hain.
Он говорил. Говорил много, с каждым предложением делая маленький шажок вперёд и вгоняя Лили во всё большую панику. Не столько действиями, сколько смыслом слов, их интонацией. Он говорил, что они терпят чужаков и их невежесто, небожительство, хотя чужаков никто не звал. Они терпят что у них отобрали землю и поставили безусых юнцов над ними. Но они не собираются терпеть, что кто-то пренебрегает ими, будто мусором, пренебрегает их детьми.
Это была, как говорят многие, последняя капля. Лили не поняла, но обиде местных жителей была сотня лет, и обида ребёнка, лишь повод. Повод сделать ещё пару маленьких шагов вперёд, так что между братом и индусом было только полтора метра. В маленький просвет между локтем Кристофера и стеной Лили видела их глаза - злые но осторожные. В сомнениях и в обиде.
Глаза за секунду до того, как выхватить оружие.
И индус его выхватил, надеясь сделать один, но смертоносный удар.
Лили в панике закричала, выронив из рук мешочек с брошью.

+1

21

Кристофер разочарованно посмеялся своей глупости. Он уже успел нарушить все правила безопасности, которые вдалбливали в их светлые головы с самого первого дня в Индии. Они с сестрой слишком много говорили, слишком много отвлекались, их действия были слишком заметны. Это провал. Не нужно было отпускать всех своих людей решать проблемы этого чертового городка. Не нужно было тащиться с Лили через всю эту толпу. Все не так. Все не правильно. Сантар потирает лоб рукой. Это раздражает. Когда сестра при нем, он должен быть серьезнее, бдительнее, а он позволил себе расслабиться.
Кристофер пытается собраться. Ему неловко из-за своих страхов, но сейчас недопустимо показывать свою слабину ни перед испуганной Лили, ни перед индусами, которые, словно хищники готовы учуять даже малейшую нотку страха.  Сантар лишь вытянул руку к сестре, преграждая к ней проход. Немой жест, восклицающий без слов. Пока еще предупреждающий не подходить.
- aap apane logon ko bhee sambhaal nahin sakate hain. – холодно проговорил Кристоф. Голос напоминал стылый шелест змеиной чешуи. - british shakti ke bina aap kahaan honge? -  Рука сама собой ложится на пояс с оружием, Кристоф прекрасно понимает, что теперь им не обойтись лишь парой брошенных в воздух, коротких выстрелов-фраз и разойтись, обвинив друг друга в несостоявшейся дуэли.
- Лили, - Кристофер даже не оборачивается на сестру, внимательно следя за подступающим к ним мужчиной. – Если я скажу тебе бежать, ты должна бежать, даже если со мной что-то случится. Понятно? Уходи дорогой, которой мы шли сюда. – Сантар чувствовал, как где-то в груди сжимается тугим комом незатихающее беспокойство, но он снова проглатывает его, бросая куда-то далеко позади себя. Обычно он предпочитал действовать наперед. Зачем защищаться, если сразу можно перестать быть жертвой и стать хищником? Видимо именно так решил и индус, направляя шамшир между ребер противника, в остром желании достать сердце. Многие считали, что у Сантара нет сердца, так почему оно сейчас так гулко стучало в ушах, заставляя кровь пульсировать в жилах. К счастью, его тело берет управление на себя, первобытный инстинкт жизни стоит у руля. Британский палаш и индийский шамшир столкнулись со звуком, напоминающим звук металла, отбиваемого молотом, и этот звук заглушил громкий крик девочки.
- Лили уходи. – На выдохе произнес Кристоф. Лица мужчин разделяли теперь всего несколько дюймов. Под рубашками перекатывались мускулы, на мгновение оба противника почти застыли, единственным движением была легкая дрожь напряженных рук. Но это было всего лишь мгновение.

+1

22

Это звенело в воздухе, шипело, вилось, заставляло дрожать. Напряжение, вызванное злобой, и эта злоба смотрела на них карими глазами. Движение рук, смещающихся к оружию, шипение слов, от брата. От них в ответ... В ушах девочки зашумело, в тот момент, когда началась схватка.
- Лили, уходи, - командует брат, но девочка с перепуганными глазами мотает головой. Нет! Нет-нет-нет, никуда она не пойдёт! Они же звери, они растерзают Кристофера, как тигры одну из папиных собак! Она... она не может сейчас никуда уйти! Предводитель делает широкий взмах шамширом, надеясь выбить оружие из рук Кристофера, и глаза его становятся всё более дикими, как у почуявшего кровь хищника. Не преуспев с одним, он переходит к новому удару, плечом наваливаясь на противника и стараясь повалить его на землю.
- На помощь, кто-нибудь! - кричит Лили. Здесь должны быть британцы, здесь должны быть люди, которые любят британцев и верят им, здесь должны быть законопослушные, хоть кто-то! Девочка делает лишь пару шагов назад, всё не решаясь убежать. Она просто не может убежать и бросить  брата вот так! Но сбоку Кристофа пытается обойти другой индус, со страшно перекошенным лицом. Что он хотел от неё? Что они вообще хотят от них, от людей, которые пытаются принести мир в их хаотичную и воюющую страну? Сколько же в этих мужчинах злобы... - Господит Бхарат! - звала девочка единственного на весь Каридкот человека, что проявил к ним радушие и доброту, даже не понимая, что тут он не окажется по волшебству или удаче.
На Кристофера наступали всё активнее, и только стены переулка были им сейчас другом, они мешали индусам обойти и зажать мужчину, мешали им делать размашистые удары. Сталь звенела о сталь и благородство драки сменилось сварой, травлей... И вот одному индусу удалось толкнуть брата (тот почти потерял равновесие!) другой попытался ударить сбоку!...
Шум в ушах Лили стал практически оглушительным. Она не знала, что может сделать, но должна была (просто обязана была!) сделать хоть что-то. Хоть один быстрый рывок, впиться в колено нападавшего, дёрнуть, она ведь может сделать хоть это?
- Отстаньте от нас, оставьте нас в покое! - кричала девочка, с навернувшимися от страха на глаза слезами. От её рывка второй индус действительно пошатнулся, теряя равновесие, и хватась за волосы девочки, скорее машинально, чтобы отодрать её от себя. Лили закричала, чувствуя себя гепардёнком, пойманным охотничьей стаей.

+1

23

Этот день мог войти в историю, как самый странный и насыщенный, богатый на события и сомнительные ситуации. Еще только утром, Кристофер не планировал ни погибать, ни тем более скакать по узкой улочке, отбиваясь от кучки диких индусов, но именно этим он сейчас и был занят.
С рождения Кристофера учили: ты должен быть лучшим, лучшим во всем. К сожалению, везде не успеешь, но кто станет слушать оправдания? Со временем Крис научился принимать успех, как должное. Без особых фейерверков эмоций. Он не должен удивляться успеху, потому что достигать положительного результата - его цель. Но вот принимать ошибки все еще давалось Сантару  слишком сложно. Поражения зачастую внушали ему нежелание, демотивировали и всячески грозили разорвать в клочья решимость, он уже прекрасно знал чем будет корить себя в ближайшее время, какие мысли буквально не будут давать ему покоя, но это он все-таки предпочел оставить на потом - если это потом конечно случится.
Удар, снова удар, Кристофер чувствовал себя, словно на охоте, вот только сейчас целью был он, и Лили, которая, казалось, совершенно не слышала его приказа бежать. Достаточно узкая улица не давала нападавшему пустить вход весь своей потенциал, и может быть один на один Кристоф с ним бы и справился, вот только индусов было несколько - приходилось отбиваться от них по одному, не давая вторым нанести серьезных повреждений.
- Лили уходи! – В очередной раз рявкнул он, запоздало заметив, как оппонент наносит удар. Защищаясь, мужчина отскочил назад, тонкие волосы, влажные от пота, спадали ему на лоб, а ноги предательски подкашивались, еще немного и он бы точно потерял равновесие.
"Вот и все". Быть не могло, чтобы Кристофер преодолел весь этот жизненный путь ради такой жалкой реплики. Что-то большее должно поджидать его. Если не сейчас, то за поворотом. Иначе жизнь - страшнейшее из разочарований. Вот только сейчас Кристоф не ощущал какого-то предсмертного раскаяния и не видел свет в конце туннеля, и явно не планировал сдохнуть так глупо, утянув с собой сестру. Он никому не позволит причинить ей вреда.
Ни один из соперников даже не думал останавливаться, сделав левой рукой обманное движение, индус внезапно бросился вперед и нанес молниеносный удар, но почему-то промахнулся. Лезвие лишь вскользь задело Кристофа, порвало рубаху и разрезало кожу на плече. Крис то ли зарычал, то ли застонал, сжимая челюсть до боли. Пульсация в руке была тупая, отдаленная и приглушенная другими чувствами боль. Ее можно было терпеть, потому что внутри все и так пылало от жара. Он не сразу понял, что стало причиной осечки противника, а после раздался крик Лили...
Кристофер не мог понять сколько прошло времени: секунда , две, три, вечность - осознание только что увиденного доходило парадоксально медленно, будто сквозь туман, все это крайне напоминало дурной сон. Вцепившаяся, словно дикий зверек, в ногу мужчины Лили, схвативший ее за волосы, теряющий равновесие индус. Какой-то частью своего сознания Сантар понимал, что он и сам близок к безумию, холодный пот скатывался по лицу, гнев буквально завладевал каждой клеточкой его тела, а пульсирующая боль в руке еще больше подкрепляло желание убивать. Кристофер рывком вырывает сестру из чужих рук, отталкивая в сторону, бьет мужчину в живот, помогая земному притяжению сделать свое дело. Он не позволяет себе ни отвлекаться на бесплодные размышления, ни поддаться порыву немедленно броситься к Лили, осмотреть, ощупать, обнять, успокоить, убедиться что та в порядке, дать затрещину, потому что так глупо полезла геройствовать. Вместо этого Сантар коротким  взглядом оценивает ситуацию и приставляет оружие к лежащему на земле. Он еле сдерживает этот животный порыв убить, еле усмиряет свою жажду крови и мести, удерживая себя лишь мыслями, что сейчас это единственный способ усмирить индусов, долго сражаться с болью в плече он все равно не сможет. К тому же Сантар не мог мог позволить, чтобы его маленькая, солнечная,  добродушная Лили увидела убийство и чужую смерть, он никогда этого не допустит. Никогда.
- Apane hathiyaar daalo aur baahar nikalen. Anyatha, aapaka dost inspektar nahin hoga, balki narak mein hoga. - Глаза одного яростно вцепились в глаза других. Противники ненавидели друг друга, это было в самой их природе, как и ясное осознание того, что британец сейчас не шутил.

+1

24

Рывок оказался таким резким, что Лили не сразу поняла, что он был спасительным. Индус расцепил руку, всё равно напоследок растрепав причёску девочки и оставив в руке маленький пучок волос. Но этой мимолётной боли ошалевшая от страха девочка не заметила совсем. Она по инерции сделала пару шагов назад и уткнулась спиной в холодную стену, тяжело и глубоко дыша и судорожно сжимая пустые кулачки. Ей было так страшно сейчас сделать что-то ещё, будто бы на один отчаянный порыв ушла вся её смелость. Или, может, прорезанный колет и рубашка брата сделали своё дело. Или его бросок к мужчине на земле?
Но нутро замерло в ожидании этих секунд дальше. Ледяной хрипящий голос брата против глухой молчаливой злобы местных. Мужчины смотрели друг на друга, и в этой битве взглядов воздух обретал форму злых шакалов против такого же злого питона. Когда ноготочки Лили впились в кожу до боли первый из индусов сделал один шаг назад, коротко глянув на зачинщика. Потом ещё один шаг, ещё... они остановились отступив метра три, так мало, так много!
- Use jaane do. Ham chhodate hain, - медленно проговорил один из индусов.
Брат сделал шаг назад, не убирая оружие, и поваленный им противник поспешно поднялся, стряхивая пыль и также пятясь. Они снова разошлись по сторонам, как будто восстановив "Статус Кво", как-будто не было драки... Но кровь на светлом британском мундире говорила об обратном.
Лили, дрожа украдкой, подошла к брату, взяла его руку и чуть-чуть потянула в противоположную от индусов сторону.
- Кристоф?
Шаг.. ещё шаг... Нападавшие отступали медленно, но даже то, что над головами их не звучало фантомных звериных рыков, Лили чувствовала остатки гнева, которые недавно сотрясали воздух. И вот, они скрылись...
- Братик... пойдём домой? - тихо проговорила Лили, всё ещё мелко трясясь от пережитого, - Ты... тебе очень больно? - она показала на красный рукав мундира.

+1

25

Кристфер взволнованно сглотнул, внутри все еще пробирало на мелкую дрожь страха - или как назвать это тяжелое липкое ощущение, осадком соскабливающее нутро? Испытывать подобное - ужасно. Хотелось сбежать от собственных чувств. Он смотрит вслед нападавшим, глаза на миг сужаются. Он не знает кто они. Но обязательно узнает. Позже… позже он обязательно их найдет, а пока только оттискивает в памяти слова, лица, оружие, чтобы потом как можно более точнее воссоздать образы. Придумать бы еще у кого узнать. Если очень активно напрячь своих людей, например. Или, может быть, Бхарата. Сейчас, впрочем, совершенно не до этого. Сейчас главная его проблема – испуганная сеста, с такой настойчивостью тянувшего его прочь от этого места, словно опасаясь, что недавняя бойня снова повторится.
- Эй, посмотри на меня, - тихо, словно боясь спугнуть, Кристофер присел и взял в ладони лицо девочки, приподнимая и заглядывая, сквозь пальцы чувствуя, как та дрожит. - Ты в порядке? Цела?
Он оглядел ее всю, пока не удостоверился, что на Лили нет ни царапины. Сердце заходило в безумном ритме, адреналин все еще стучал в висках или это была рана на руке?
- Не волнуйся, просто ткань такая и даже совсем не много крови быстро впитывается и распространяется пятном, выглядит это, конечно, жутковато, но любой врач скажет, что не страшно. Это просто кровотечение, и его надо остановить, на мне же все, как на собаке, заживает, но ты права, идем. - Он берет Лили за руки и поднимает следом за собой.
Взгляд то и дело задерживался на алеющих на мундире пятнах крови - будто напоминание о том, что он мог ошибаться, когда думал, что он сам со всем справится. Может, Лили действительно было бы лучше остаться в доме Бхарата? История, как известно, не знает сослагательного наклонения, Кристофер уже ничего не изменит, но точно знает, что больше никогда не допустит подобного.
***
Неужели  эти идиоты умудрились потерять ее? Про "украсть" Кристофер даже и не думал - не у Сантаров, у вора быстрее ноги склеятся, чем он только подумать успеет о том, что Сантары могут быть объектом, с которого получится сорвать куш.  Кристоф тяжело вздохнул, казалось, мир решил, что ему мало проблем с этим городком, нападающими и небольшой раной, которая по прошествии нескольких дней начала заживать и ужасно чесалась под бинтами, так нет теперь ему еще подкинули головной боли в виде пропажи вещи, может не столь дорогой по цене, сколько дорогой для памяти.
- Лили! – Он окликнул сестру, надеясь, что не сильно отвлекает ее от ее девичих дел. – Ты случайно не видела мамину брошь? Мне сообщили, что при переборе наших вещей нигде не могут ее найти. Мы скоро сможем, наконец, двинуться дальше и оставлять хоть что-то в этом городишке мне совершенно не хотелось бы.

Отредактировано Christopher Santar (7 декабря, 2018г. 16:15:09)

+1

26

- Я в порядке, - сказала девочка и затряслась сильнее. А когда брат взял её лицо в уке - страшно захотелось расплакаться, но она закусила губу и на всё остальное просто быстро-быстро кивала, боясь лишний раз разомкнуть рот и сделать судорожный вдох. Она действительно могла думать только о том, как бы как можно быстрее дойти до дома и найти местного врача брату. Когда они будут в безопасности, в тишине, за толстыми стенами...
Девочка мёртвой хваткой впилась в ладонь брата, совсем забыв про кошелёчек с брошью, лежащий в пыли.
***
Удивительно, по постепенно, день за днём, Каридкот переставал напоминать обезумевший базар. Люди, худо-бедно, разбрелись на группы, основной базар для кортежа вынесли за город, потому большая часть приезжих скучковалась в предместьях провинции, а местные стали видеть небольшие выгоды от продажи товаров каравану и британским офицерам. Но Лили больше узнавала обо всём об этом за столом, от господина Бхарата и брата, потому как после памятного происшествия предпочитала совсем не выходить из дома. Кажется, это решение устраивало всех - она спокойно вышивала и учила хинди с айей в детской, окна которой выходили на садик и внутренний двор Бхарата, а Кристофер пол дня улаживал местный балаган, пол дня организовывал их отъезд.
Всё, в целом, складывалось хорошо, если не считать броши матери. Лили поняла о пропаже только на следующий день. Она вспомнила детально, где потерла драгоценность, но при мысли самой возвращаться в переулок её всю трясло. Она расписала айе маршрут и попросила её найти кошелёчек, но вернувшись служанка лишь развела руками. Там ничего не было.
Лили сидела у окна, сложив локти на раму и рассматривая цветы, а видя только сирень перед глазами.
Оказалось, пропажу заметила не она одна...
- Кристофер, - Лили невольно подскочила чуть взволнованнее, чем хотела. А потом брат ещё и задал самый страшный вопрос. Лили равномерно покраснела, а потом потупилась. Смущение и осознание вины накатывало постепенно и неумолимо. Вот на уже впилась ладошками в юбку платья и отчаянно теребит её, не поднимая глаз, и начинает негромко бормотать, - Я просто подумала... это как талисман... на удачу... Я думала просто выйти с ним погулять...

0


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Держи глаза открытыми