Brimstone
University
Добро пожаловать на ролевую!
18+
смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Требуются в игру

август-ноябрь

События в мире
“Пророк” Децемус воскрес! Всю общественность Лондона потрясло увиденное вчера перед Посольством Ада! Казнённый намедни бродяга... далее в статье.
Посольство Ада выразило желание отправить в Африку исследовательскую экспедицию и даже полностью компенсировало расходы.
Военно-исследовательское судно "Сильвер датчес" брошено у берегов неизвестного острова! Адмиралтейство не желает комментировать подробности этого дела, но уже известно, что часть команды сошла с ума.
31.12
Самых лучших, прекрасных и замечательных! Поздравляем с Новым Годом!
27.12
В Лондоне затевается большая игра! Большая закулисная игра. А в какой роли выступишь ты? Новый мистический сюжет.

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают


Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.pinimg.com/736x/dd/78/7b/dd787b5680bdd1acbf7c3789f45a0442--victorian-london-victorian-era.jpg

Mitchell Townsend, Mr. Porcupine.
14 августа 1886, одна из бесконечных лондонских улиц, утопающих в дожде.

Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают,
Но мы спаслись с тонущего корабля.
И за пределами моего дома – целый мир,
Который выстоял и не скатился в никуда…

Это оскорбительный стереотип, будто демоны не умеют дружить. Во всяком случае, играть в человеческие взаимоотношения довольно весело. Для этого и повод не нужен: окажи собрату небольшую услугу, и ход уже сделан.

Отредактировано Mr. Porcupine (21 декабря, 2017г. 23:25:17)

0

2

Туман словно смог, противная слякоть, тихие фонари, будто в перине утопающие в протяжном ливне. Волосы мистера Поркупайна влажные, разбились на пряди и то и дело падают на беспокойные брови. Он был первым, кто шагнул в волглую неизвестность, рискуя промокнуть до нитки. Ему было почти жаль несчастных, что шагнули следом, особливо дам, чьи юбки и так были тяжелыми и неповоротливыми. Что ж, он был бы не против купить их души в обмен на зонт и хорошие туфли.
Дышать в этой влажности было тяжело. Его и без того с некоторой трагичностью ноющая грудь вздымалась не без труда. Шагнувший в подъехавший экипаж демон на какую-то долю секунды оставил голубоватый след от ярко горящих глаз в воздухе, как господин Чеширский кот – улыбку. Теперь его руки, облаченные в перчатки, нетерпеливо гоняют в руках тяжелую трость. Изредка мистер Поркупайн вытягивает из кармана платок и протирает запотевшее окно. Нижняя часть залита сплошной холодной водой, верхняя же спасена своеобразным выступом крыши. Ему не видно, едет ли кто-то за ним, а ведь этот вопрос живо его интересует: ему бы переместиться в родное Посольство, закрыться в комнате, да вытянуть промокшие ноги к камину, но нельзя – стиль обязывает покидать приемы с помощью бедняги-возницы.
Зато ему видно другое: редкие несчастные люди, жмущиеся к серым стенам, стремящиеся уйти из-под внезапно налетевшей напасти; завораживающие фонари, пролетающие перед глазами как большие неподвижные светлячки; трясущие головами лошади, отфыркивающиеся от заливающей в ноздри воды. Будто у бога накопилось слишком много воды там, в облаках – пора бы хорошенько их отжать.
Скрипящие колеса, жестко бьющиеся о скользкие выступающие камни, стук подкованных копыт и стремительно наступающая тьма. Физическое недовольство и полное душевное удовлетворение: от усталости ли, а может от чувства комфорта внутри бушующей стихии. В очередном повороте лошадь вдруг притормаживает. Наверное, пропускает другой экипаж. В такой мгле торопиться  что жизнью рисковать. В здании, возле которого они остановились, вдруг появляется яркое светлое пятно. Мистер Поркупайн вновь протирает стекло. Из открывшейся двери, немного помявшись, под беспощадные капли ступает человек. Сверкнувшие из-под газеты глаза вызывают в мистере Поркупайне какое-то странное чувство узнавания. Этот зеленый цвет…Он вдруг вскакивает недопустимо резко и стучит в противоположную стенку тростью.
- Стой! Не трогай!
И – распахивает дверь.
- Друг мой! Таунсенд! Скорее сюда! – в экипаж немедленно заливает вода, и Паркупайн машет в нетерпеливости. – Мистер, повозите нас по городу, покуда я вам не постучу. Плачу двойную – нет! –  тройную цену!
Доволен извозчик или нет, он не знает. Он лишь решительно захлопывает дверь сразу же, как голова Таунсенда пригибается под крышей. А затем экипаж трогается.

Отредактировано Mr. Porcupine (22 декабря, 2017г. 00:16:40)

+2

3

Еще утром был совсем по-летнему прекрасный ясный денек, и отправляющийся на свою ежедневную прогулку по разной степени богемности местам Митчелл, не привыкший до сих пор к капризам лондонской погоды, не захватил с собой ни зонта, ни плаща – вообще ничего, что могло бы защитить от разгулявшейся стихии. А сейчас он с тоской выглядывал из окна крохотной гостинички, куда был вынужден переместиться из галереи, где слегка повздорил о том, что же такое – истинное искусство, и, стремясь избежать ненужного рукоприкладства, нашел уединенное местечко, где и задействовал свою демоническую способность. Здесь он находился уже пятнадцать минут, каждая из которых тянулась подобно часу, гостиница была холодная, грязная, хозяин нелюбезен, а еще тут бегали тараканы – жирные такие, бррр. Не то чтобы физической оболочке Митчелла было какое-то дело до подобных неудобств, однако его чувство прекрасного было уязвлено до глубины души. И проводить здесь положенный час казалось затеей совершенно неосуществимой.
По истечении получаса его терпение истощилось окончательно. Он оставил несколько монет на прилавке и решительно распахнул дверь на улицу. Его боевой настрой несколько поугас, когда его обдало потоком холодной воды, моментально промочившим одежду, волосы и ботинки. Он даже секунду поколебался на пороге, но решил, что лучше уж освежающая прогулка на улице, чем затхлый гостиничный воздух. В конце концов, простуда ему не грозит, а в буйстве стихии было что-то вдохновляющее.   
Несчастные горожане, вынужденные совершать путешествие по подобной погоде на своих двоих, бежали, путаясь в мокрых одеждах, прикрывая головы – кто шляпкой, кто хлипким зонтиком, только усугубляющим их весьма незавидное положение. Митчелл все еще колебался, вглядываясь в проезжающие мимо экипажи, периодически обдающие людей дополнительной порцией воды. Однако вот так стоять на пороге целую вечность – последнее дело. Он сделал шаг вперед, укрыл голову моментально промокшей свежей газетой, затаил на мгновение дыхание, выходя в это настоящее море, разливающееся над городом. Сейчас и ему предстоит подобное путешествие - бегом по залитым лужами улицам. 
Когда одна из повозок остановилась, приглашающе распахнув перед ним дверь в сухость и тепло, юноша даже не сразу этого заметил – вода залила глаза, совершенно мешая обзору. Однако голос – этот звучный голос он слышит и узнает сразу же. Ну конечно. Он протягивает руку, пожимает ладонь знакомого, и ловко карабкается внутрь, где и располагается с максимальным комфортом – стряхивает влагу с волос и одежды, легко улыбается мистеру Поркупайну.
- Какая приятная встреча, надо же! – несколько театрально взмахивает он руками, едва не задевая в неловком жесте крышу и стены кабины. – Ну и погодка сегодня, не правда ли, друг мой?
После этого следует непродолжительная тишина, которую прерывает оглушительный раскат хохота мистера Таунсенда.
- Нет, вы это слышали? Я уже начинаю говорить как чертов англичанин! – в его тоне сквозит неприкрытое довольство собой. – Однако я очень рад вас видеть. Как прошли последние постановки? Откуда вы возвращаетесь? Как обстоят дела в посольстве?
Мистер Поркупайн всегда вызывал в Митчелле невероятно живое любопытство, а на вопросы отвечал прямо и с охотой, не так, как мистер Клэйрк, чаще уклоняющийся от вопросов, чем дающий какие-то конкретные ответы. Именно поэтому беседы с ним всегда были так занимательны.

Отредактировано Mitchell Townsend (30 декабря, 2017г. 04:47:27)

+1

4

Холодные брызги от отряхивающегося как большой кот Митчелла взлетели в стороны, и в том числе к Поркупайну; тот лишь с готовностью прикрыл ладонью лицо. В отличие от него, плавного и в каждой детали продуманного, Митчелл был ураганом, приносящим шум, движение и порой разрушения. В вящей сырости волосы Поркупайна не сохли ни на грамм, оставаясь лежать влажными волнами, зачесанными на сторону. Стекло теперь запотевало в два раза быстрее, но им же лучше: эта легкая непроницаемость создавала в экипаже особый интимный уют.
Как фокусник, Поркупайн выуживает из кармана платок и, сложив и погрев в руках, подает Таунсенду, чтобы он отер покрытое дорожками от дождевых капель лицо. Он внимательно вглядывается в этот бледный овал, улыбаясь привычно вкрадчиво и участливо.
- «Чертовым англичанам», как вы выразились, нравятся англичане. Те из них, что не являются консерваторами, обычно слишком умны, чтобы их можно было купить легко, - он улыбается чуть шире и отворачивает взгляд. Несмотря на то, что за окном властвует август, в экипаже холодно, насколько Поркупайн может судить. Ему все равно. Он и сам холодный, как ледяная глыба, и не один корабль готов пустить под откос.
- Последние постановки? О, в моду вновь входят испанцы. Все эти их…страсти, вы понимаете. Отчего-то людям нравится глядеть, как дети убивают родителей, а жены дурачат мужей, а потом возвращаться домой к ненавистным отцам и глупым супругам. Есть в этом нечто такое…- Поркупайн, растягивая губы в лукавой усмешке, тянется вперед, склоняясь, и продолжает тише. - …демоническое. Люди и сами не знают, что отличаются от нас лишь отсутствием честности. Вина?
Он щелкает замком на мирно покоящемся справа дафле, так удачно взятым с собой в этот чудесный вечер. Его ладонь накрывает ладонь Митчелла, когда он передает ему бокал красного, и быстро перемещается назад, к сумке. Сам он не пьет.
- Я присутствовал на балу по случаю открытия нового ботанического парка при зоологическом музее: в старом часть южных растений отчего-то вдруг погибла. Решили сменить место. Вы пейте, - Поркупайн оправляет перчатки и на Митчелла больше не смотрит. – В посольстве все без изменений. На меня тут жалобу подали, представьте себе. Я попытался выяснить, о чем же она, но любезные служащие так и не смогли помочь: не понимают, потерялась она на седьмом или восьмом кругу. Немного жаль, правда?
Экипаж излишне резко для столь скользких дорог завернул налево, и Поркупайн рефлекторно уперся рукой в стенку, откидываясь на спинку импровизированного диванчика.  Широко расставленные ноги уперлись в крепкое дерево. Загрохотали колеса, крышка маленького люка в полу подскочила, и повозку занесло, однако вскоре она вновь выправилась, и лошади понесли дальше.
- А ваши дела, мистер Таунсенд…Точнее, я имею ввиду ваши дела как работника и ваши дела как представителя посольства. Имеете успехи? – его речь смягчилась и звучала теперь участливее и добрее. Одно из любимых амплуа.

0


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают