Brimstone
University
Добро пожаловать на ролевую!
18+
смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Требуются в игру

Каноничные ведьмы, авантюристы и исследователи, люди науки (включая студентов), жители Лондона

август-ноябрь

События в мире
Рабочие фабрики Чарльза Эктона устроили забастовку, мотивируя тем, что жизненно необходимый для лекарства от холеры и туберкулёза "блюмер" отравляет их
“Пророк” Децемус воскрес! Всю общественность Лондона потрясло увиденное вчера перед Посольством Ада! Казнённый намедни бродяга... далее в статье.
Посольство Ада выразило желание отправить в Африку исследовательскую экспедицию и даже полностью компенсировало расходы.
03.06
Сюжет не стоит на месте, мы отметили некоторые события, развивающие канву повествования, почитать обновления можно тут.
20.05
Хотели узнать больше о демонах и ведьмах? Тогда вам сюда! Пополнение матчасти.
12.03
Стартовал новый социальный квест, рады старым и новым желающим :)

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают


Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.pinimg.com/736x/dd/78/7b/dd787b5680bdd1acbf7c3789f45a0442--victorian-london-victorian-era.jpg

Mitchell Townsend, Mr. Porcupine.
14 августа 1886, одна из бесконечных лондонских улиц, утопающих в дожде.

Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают,
Но мы спаслись с тонущего корабля.
И за пределами моего дома – целый мир,
Который выстоял и не скатился в никуда…

Это оскорбительный стереотип, будто демоны не умеют дружить. Во всяком случае, играть в человеческие взаимоотношения довольно весело. Для этого и повод не нужен: окажи собрату небольшую услугу, и ход уже сделан.

Отредактировано Mr. Porcupine (21 декабря, 2017г. 23:25:17)

0

2

Туман словно смог, противная слякоть, тихие фонари, будто в перине утопающие в протяжном ливне. Волосы мистера Поркупайна влажные, разбились на пряди и то и дело падают на беспокойные брови. Он был первым, кто шагнул в волглую неизвестность, рискуя промокнуть до нитки. Ему было почти жаль несчастных, что шагнули следом, особливо дам, чьи юбки и так были тяжелыми и неповоротливыми. Что ж, он был бы не против купить их души в обмен на зонт и хорошие туфли.
Дышать в этой влажности было тяжело. Его и без того с некоторой трагичностью ноющая грудь вздымалась не без труда. Шагнувший в подъехавший экипаж демон на какую-то долю секунды оставил голубоватый след от ярко горящих глаз в воздухе, как господин Чеширский кот – улыбку. Теперь его руки, облаченные в перчатки, нетерпеливо гоняют в руках тяжелую трость. Изредка мистер Поркупайн вытягивает из кармана платок и протирает запотевшее окно. Нижняя часть залита сплошной холодной водой, верхняя же спасена своеобразным выступом крыши. Ему не видно, едет ли кто-то за ним, а ведь этот вопрос живо его интересует: ему бы переместиться в родное Посольство, закрыться в комнате, да вытянуть промокшие ноги к камину, но нельзя – стиль обязывает покидать приемы с помощью бедняги-возницы.
Зато ему видно другое: редкие несчастные люди, жмущиеся к серым стенам, стремящиеся уйти из-под внезапно налетевшей напасти; завораживающие фонари, пролетающие перед глазами как большие неподвижные светлячки; трясущие головами лошади, отфыркивающиеся от заливающей в ноздри воды. Будто у бога накопилось слишком много воды там, в облаках – пора бы хорошенько их отжать.
Скрипящие колеса, жестко бьющиеся о скользкие выступающие камни, стук подкованных копыт и стремительно наступающая тьма. Физическое недовольство и полное душевное удовлетворение: от усталости ли, а может от чувства комфорта внутри бушующей стихии. В очередном повороте лошадь вдруг притормаживает. Наверное, пропускает другой экипаж. В такой мгле торопиться  что жизнью рисковать. В здании, возле которого они остановились, вдруг появляется яркое светлое пятно. Мистер Поркупайн вновь протирает стекло. Из открывшейся двери, немного помявшись, под беспощадные капли ступает человек. Сверкнувшие из-под газеты глаза вызывают в мистере Поркупайне какое-то странное чувство узнавания. Этот зеленый цвет…Он вдруг вскакивает недопустимо резко и стучит в противоположную стенку тростью.
- Стой! Не трогай!
И – распахивает дверь.
- Друг мой! Таунсенд! Скорее сюда! – в экипаж немедленно заливает вода, и Паркупайн машет в нетерпеливости. – Мистер, повозите нас по городу, покуда я вам не постучу. Плачу двойную – нет! –  тройную цену!
Доволен извозчик или нет, он не знает. Он лишь решительно захлопывает дверь сразу же, как голова Таунсенда пригибается под крышей. А затем экипаж трогается.

Отредактировано Mr. Porcupine (22 декабря, 2017г. 00:16:40)

+2

3

Еще утром был совсем по-летнему прекрасный ясный денек, и отправляющийся на свою ежедневную прогулку по разной степени богемности местам Митчелл, не привыкший до сих пор к капризам лондонской погоды, не захватил с собой ни зонта, ни плаща – вообще ничего, что могло бы защитить от разгулявшейся стихии. А сейчас он с тоской выглядывал из окна крохотной гостинички, куда был вынужден переместиться из галереи, где слегка повздорил о том, что же такое – истинное искусство, и, стремясь избежать ненужного рукоприкладства, нашел уединенное местечко, где и задействовал свою демоническую способность. Здесь он находился уже пятнадцать минут, каждая из которых тянулась подобно часу, гостиница была холодная, грязная, хозяин нелюбезен, а еще тут бегали тараканы – жирные такие, бррр. Не то чтобы физической оболочке Митчелла было какое-то дело до подобных неудобств, однако его чувство прекрасного было уязвлено до глубины души. И проводить здесь положенный час казалось затеей совершенно неосуществимой.
По истечении получаса его терпение истощилось окончательно. Он оставил несколько монет на прилавке и решительно распахнул дверь на улицу. Его боевой настрой несколько поугас, когда его обдало потоком холодной воды, моментально промочившим одежду, волосы и ботинки. Он даже секунду поколебался на пороге, но решил, что лучше уж освежающая прогулка на улице, чем затхлый гостиничный воздух. В конце концов, простуда ему не грозит, а в буйстве стихии было что-то вдохновляющее.   
Несчастные горожане, вынужденные совершать путешествие по подобной погоде на своих двоих, бежали, путаясь в мокрых одеждах, прикрывая головы – кто шляпкой, кто хлипким зонтиком, только усугубляющим их весьма незавидное положение. Митчелл все еще колебался, вглядываясь в проезжающие мимо экипажи, периодически обдающие людей дополнительной порцией воды. Однако вот так стоять на пороге целую вечность – последнее дело. Он сделал шаг вперед, укрыл голову моментально промокшей свежей газетой, затаил на мгновение дыхание, выходя в это настоящее море, разливающееся над городом. Сейчас и ему предстоит подобное путешествие - бегом по залитым лужами улицам. 
Когда одна из повозок остановилась, приглашающе распахнув перед ним дверь в сухость и тепло, юноша даже не сразу этого заметил – вода залила глаза, совершенно мешая обзору. Однако голос – этот звучный голос он слышит и узнает сразу же. Ну конечно. Он протягивает руку, пожимает ладонь знакомого, и ловко карабкается внутрь, где и располагается с максимальным комфортом – стряхивает влагу с волос и одежды, легко улыбается мистеру Поркупайну.
- Какая приятная встреча, надо же! – несколько театрально взмахивает он руками, едва не задевая в неловком жесте крышу и стены кабины. – Ну и погодка сегодня, не правда ли, друг мой?
После этого следует непродолжительная тишина, которую прерывает оглушительный раскат хохота мистера Таунсенда.
- Нет, вы это слышали? Я уже начинаю говорить как чертов англичанин! – в его тоне сквозит неприкрытое довольство собой. – Однако я очень рад вас видеть. Как прошли последние постановки? Откуда вы возвращаетесь? Как обстоят дела в посольстве?
Мистер Поркупайн всегда вызывал в Митчелле невероятно живое любопытство, а на вопросы отвечал прямо и с охотой, не так, как мистер Клэйрк, чаще уклоняющийся от вопросов, чем дающий какие-то конкретные ответы. Именно поэтому беседы с ним всегда были так занимательны.

Отредактировано Mitchell Townsend (30 декабря, 2017г. 04:47:27)

+1

4

Холодные брызги от отряхивающегося как большой кот Митчелла взлетели в стороны, и в том числе к Поркупайну; тот лишь с готовностью прикрыл ладонью лицо. В отличие от него, плавного и в каждой детали продуманного, Митчелл был ураганом, приносящим шум, движение и порой разрушения. В вящей сырости волосы Поркупайна не сохли ни на грамм, оставаясь лежать влажными волнами, зачесанными на сторону. Стекло теперь запотевало в два раза быстрее, но им же лучше: эта легкая непроницаемость создавала в экипаже особый интимный уют.
Как фокусник, Поркупайн выуживает из кармана платок и, сложив и погрев в руках, подает Таунсенду, чтобы он отер покрытое дорожками от дождевых капель лицо. Он внимательно вглядывается в этот бледный овал, улыбаясь привычно вкрадчиво и участливо.
- «Чертовым англичанам», как вы выразились, нравятся англичане. Те из них, что не являются консерваторами, обычно слишком умны, чтобы их можно было купить легко, - он улыбается чуть шире и отворачивает взгляд. Несмотря на то, что за окном властвует август, в экипаже холодно, насколько Поркупайн может судить. Ему все равно. Он и сам холодный, как ледяная глыба, и не один корабль готов пустить под откос.
- Последние постановки? О, в моду вновь входят испанцы. Все эти их…страсти, вы понимаете. Отчего-то людям нравится глядеть, как дети убивают родителей, а жены дурачат мужей, а потом возвращаться домой к ненавистным отцам и глупым супругам. Есть в этом нечто такое…- Поркупайн, растягивая губы в лукавой усмешке, тянется вперед, склоняясь, и продолжает тише. - …демоническое. Люди и сами не знают, что отличаются от нас лишь отсутствием честности. Вина?
Он щелкает замком на мирно покоящемся справа дафле, так удачно взятым с собой в этот чудесный вечер. Его ладонь накрывает ладонь Митчелла, когда он передает ему бокал красного, и быстро перемещается назад, к сумке. Сам он не пьет.
- Я присутствовал на балу по случаю открытия нового ботанического парка при зоологическом музее: в старом часть южных растений отчего-то вдруг погибла. Решили сменить место. Вы пейте, - Поркупайн оправляет перчатки и на Митчелла больше не смотрит. – В посольстве все без изменений. На меня тут жалобу подали, представьте себе. Я попытался выяснить, о чем же она, но любезные служащие так и не смогли помочь: не понимают, потерялась она на седьмом или восьмом кругу. Немного жаль, правда?
Экипаж излишне резко для столь скользких дорог завернул налево, и Поркупайн рефлекторно уперся рукой в стенку, откидываясь на спинку импровизированного диванчика.  Широко расставленные ноги уперлись в крепкое дерево. Загрохотали колеса, крышка маленького люка в полу подскочила, и повозку занесло, однако вскоре она вновь выправилась, и лошади понесли дальше.
- А ваши дела, мистер Таунсенд…Точнее, я имею ввиду ваши дела как работника и ваши дела как представителя посольства. Имеете успехи? – его речь смягчилась и звучала теперь участливее и добрее. Одно из любимых амплуа.

+1

5

Внутренность экипажа представляет собой гораздо более сухое и приятное для нахождения место – здесь, конечно, влажно, и сам Митчелл немало этому поспособствовал, однако же не так, как на улице, где небеса разверзлись и обрушили ведра ледяной воды на несчастных горожан, не иначе как за грехи их. Здесь, однако, довольно холодно, и демон кутается плотнее в сюртук, и потирает стынущие, несмотря на перчатки, руки. И он с благодарностью принимает предложенный ему платок, вытирая оставшиеся капли с лица и волос.
- На каждого умника-англичанина находится кто-то умнее или хитрее, - почти глубокомысленно изрекает Митчелл. Конечно, самому ему – пока еще – не удалось заключить контракта даже с самым легковерным наивным святошей, но рано или поздно, когда он наберется опыта… - Однажды и сам я… - неоконченное предложение остается висеть в воздухе. В случае с мистером Поркупайном ему не обязательно проговаривать все, чтобы быть понятым.
Он с интересом слушает последние новости со сценических подмостков, уже планируя мысленно посетить одну из этих испанских постановок, полных страстей, убийств и обманов – это все звучит страх как завлекательно на фоне вечно замкнутых угрюмых англичан, у которых даже в театральных постановках зачастую недостает этой самой живости, непосредственности эмоций, некого огня.
- Если им нравится играть в благочестие, кто ж им судья, - усмехается Митчелл, а затем располагается на жестком сиденье чуть вольготнее, и соглашается – ну разумеется, соглашается, на бокал вина. Разве может что-нибудь быть прекраснее, чем человеческий изысканный алкоголь? Только если человеческое искусство.
- Благодарю, - кивает он, когда ледяная на ощупь ладонь мистера Поркупайна касается его – теплой, вкладывая в нее бокал. Вино дарует похожее забавное ощущение – оно холодное, и обжигает горло одновременно холодом и жаром. Митчелл с наслаждением делает несколько глотков, и даже глаза жмурит от удовольствия.
Неспешно потягивая вино, он с неподдельным интересом слушает рассказы товарища о недавних занятных событиях, очевидцем, или же непосредственным участником которых ему довелось побывать. Его жизнь пока гораздо более насыщенна различными мероприятиями, которыми могут наслаждаться демоны, находящиеся на неплохом счету у посольства. Митчелл пока только стремится к подобному образу жизни, но, во всяком случае, уже рассказы вдохновляют.
- Интересно, что же на самом деле произошло в старом ботаническом парке. Наверняка какая-нибудь темная история, как вы думаете? Люди обожают замалчивать темные истории, но не могли же растения погибнуть просто так, ни с того ни с сего? Вот бы расследовать это дело хорошенько.
Затем Митчелл от души хохочет над историей о том, что кто-то решил попробовать пожаловаться на самого мистера Поркупайна, разумеется, безрезульатно.
- Да уж, действительно, очень жаль, - хрипло выдавливает он, отсмеявшись. – Хоть бы узнали, что же вы такого натворили.
Экипаж излишне резко заносит на повороте, и остатки вина из бокала мистера Таунсенда расплескиваются, стекая по ладони. Он досадливо стягивает с руки перчатку, и стремительно прячет в карман. Поркупайн, разумеется, сохранил относительное равновесие – будто влитой, только облокотился чуть сильнее. Поразительная стабильность.
- Мои дела…, - Митчелл чуть растерянно чешет в затылке, будто ощущает необходимость оправдываться – как перед мистером Клэйрком, когда опять не смог заключить контракт, как перед Посольством, в котором периодически интересовались его успехами чуть менее ненавязчиво чем хотелось бы. – Гвендолин значительно продвинулась в ведьмовстве, ее успехи значительны. А я… на днях выдался случай, едва не получил душу промотавшегося захолустного аристократа, однако его, кажется, кто-то своевременно образумил, и вот…
Юный демон легонько вздохнул. Нет, он не отчаивался, ни в коем случае – его успех был уже совсем близко, он буквально чувствовал его дыхание. Он ведь уже многому научился! 
- Думаю, уже в следующую нашу встречу я смогу порадовать вас своим первым официальным контрактом, - абсолютно уверенным тоном заявил он. – Можем отметить это, если будет угодно.

0


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Говорят, что неуверенные в себе никогда не выигрывают