Brimstone
University
Добро пожаловать на ролевую!
18+
смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Требуются в игру

Каноничные ведьмы, заинтересованные в интригах демоны, авантюристы и исследователи, люди науки (включая студентов), жители Лондона

август-ноябрь

События в мире
Рабочие фабрики Чарльза Эктона устроили забастовку, мотивируя тем, что жизненно необходимый для лекарства от холеры и туберкулёза "блюмер" отравляет их
“Пророк” Децемус воскрес! Всю общественность Лондона потрясло увиденное вчера перед Посольством Ада! Казнённый намедни бродяга... далее в статье.
Посольство Ада выразило желание отправить в Африку исследовательскую экспедицию и даже полностью компенсировало расходы.
12.03
Стартовал новый социальный квест, рады старым и новым желающим :)
06.03
С любопытством продолжаем следить за событиями в мире. Обратите внимание на обновление темы Что происходит?

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Твоё имя


Твоё имя

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s48.radikal.ru/i122/1712/fa/1885b4db2738.jpg

Audrey McQueen,  Alec Santar
Уальдширский особняк
начиная с 21:30 и по 23:00

В той же мере, в какой молодой леди не следует влюбляться до объяснения в любви со стороны джентльмена, ей не следует и думать о нем прежде, чем станет известно, что он думает о ней.

+2

2

внешний вид

Платье, бальная сумочка в тех же цветах, лёгкая белая шаль.

Странный день выдался у Одри МакКуин. Начнём с того, что он начался гораздо раньше чем обычно — если честно, леди не то что встала до рассвета, леди не ложилась вовсе. А всё почему? Нет, не от возвышенного волнения перед балом, не от необходимости перешить платье, а потому что завтрашняя «операция» требовала ужасающе трудоёмкой подготовки.
   Начнём с самого начала. Мисс МакКуин, ободрённая недавним успехом, а именно относительно удачным разговором с Александром Сантаром в гостях у его сестры, наскребла по сусекам и прочим морально-волевым закромам решимости упрочить своё положение в сердце и жизни вышеупомянутого джентльмена. Тем более, на носу был такой прекрасный повод — бал у мистера МаКархи. Лучше прямо-таки не придумаешь. Во-первых, жертва приворота ещё не успела отплыть куда-нибудь на другой конец света, во-вторых, бал, гнездо светских приличий, хочет виконт того или нет, обяжет его находиться с Одри практически неотлучно, а в-третьих на приём в Уальдширском особняке должен был явиться Гидеон. Ведьма просто не может упустить случая показать свою работу. Это, знаете ли, в последнее время жизненно необходимо. Часики, как говорится, тикают.
   Большую часть ночи леди ворожила. Пентаграммы, волшебные соли, кристаллы и кровь. Всё как положено, всё по науке. Шотландке, конечно, далековато до вуду-колдуний Африки, но кое-что в управлении людьми она понимала — пуговка, втихую оторванная от потасканного рукава Александра, несколько капель собственной крови на друзу горного хрусталя и запретные древние слова на час-другой сделают из ершистого коммандера послушную ведьмовскую куклу. Главное за эти часы плотно вбить ему в голову что цель его жизни — сопровождать мисс Одри Джин МакКуин на балу. И чтобы ничто не помешало ему добраться общежития Брасс Холла. А то мало ли, ещё ушат холодной воды где-нибудь найдёт по дороге, знаем мы его.
  Большую часть дня после ночного ритуала Одри спала, совсем не как леди воткнувшись лицом в диванные подушки. Знаете ли, ночные пляски вокруг пентаграммы, прямая трансляция своей мысли, подкреплённой почти всей доступной магической энергией, через весь Лондон чертовски выматывает. А нам ещё блистать всю следующую ночь. Там нужно будет быть мало того что неотразимой, так ещё и настойчивой, уверенной и быть постоянно готовой поддерживать магический контакт. Нет, конечно, Одри была в себе уверена целиком и полностью, но нужно ведь рассчитывать свои силы. К тому же, недосып плохо влияет на кожу.
   Проснувшись около шести вечера, девушка начала приготовления. Горничная, привыкшая к некоторым странностям своей госпожи, ничуть не удивилась позднему подъёму и, ворчливо сетуя на то, что времени-де совсем не осталось, отправилась отпаривать платье. Работа над прекрасной дамой закипела вовсю на всех возможных фронтах, в том числе и магическом — Одри, для пущей уверенности, начертила, улучшив минутку одиночества, несколько собственных магических значков на внутренней стороне бедра. Травы, масло и кровь, ничего особенного. Так, подумаешь, будет казаться чуточку привлекательней чем обычно да от мелких неприятностей вроде сломанного каблучка убережет. Детские шалости.
…в словно пережившей маленький ураган гостиной сидит молодая девушка — красное платье, запах флёрдоранжа и пудры, причёска из своих волос: по моде собранные и поднятые наверх косы, лёгкая накидка. Если бы тот, кто видит её впервые, узнал бы кто, что она без колебания отворачивала хорошенькие нежные головки белоснежным голубкам, потрошила жаб и жгла на болоте змеиную кожу — точно бы не поверил. Короче, Одри расстаралась прямо-таки как никогда. Часики-то тикают.
   Кстати о них. Совсем скоро должен настать момент «X», но ведьма совершенно не чувствовала волнения. Так, лёгкое предвкушение. В конце-то концов, получится, значит получится, значит приедет. Не получится — ну что же, сама виновата, дура слабосильная. Тик-так, тик-так. Внимательный взгляд голубых глаз следит за минутной стрелкой. Пять минут. Минута. Стук в дверь. Одри собой довольна, определённо. Видимо, она и правда растёт, как говорит о ней Гидеон.
   - Добрый вечер, виконт, - девушка смотрит в слегка стеклянные глаза несчастной жертвы приворота, отослав проводившую его горничную, - надеюсь, дорога была приятной.
   Если честно, мисс МакКуин сомневалась что он сейчас может поддержать беседу - по её расчётам, ещё где-то минут двадцать шикарный Александр Сантар пробудет в состоянии «оловянного солдатика»: ватные тяжёлые мысли, слабая мимика, полная управляемость.
   - Нам пора.

Отредактировано Audrey McQueen (10 декабря, 2017г. 02:22:08)

+3

3

Захлебнувшись – во сне Одри МакКуин собственными тонкими ручками заталкивала его всё глубже и глубже в ледяную воду, а он и рад был, – Алек проснулся и пустым взглядом осмотрел мир вокруг себя, раскиданные по подушке светлые кудри, улыбчивое бледное лицо, рассыпанные по обнажённым плечам и груди веснушки. Девушка, потревоженная его пробуждением, распахнула светлые, цвета речной воды глаза и что-то смешливо сказала, но слова её обернулись рыбёшками, плескавшимися в этой воде; он не поймал ни одной, только сошёлся сам с собой на мысли, что девушка эта не была Одри МакКуин и потому само её нахождение в его спальне ощущалось неправильным и неверным. Алек торопливо выбрался из постели, и знакомый голос с лёгким шотландским акцентом сказал ему: «Иди ко мне».
Иди. Иди. Иди, и выбери костюм поприличнее.
С пустотой осознанности марионетки Алек откинул в сторону повседневный костюм и нашёл парадный китель, с вечера зачем-то приведённый слугой в надлежащий вид. Он не помнил этого приказа, как не помнил имени девушки, проснувшейся окончательно и теперь говорившей ему что-то ещё, и чего-то ещё. Упорнее, чем обычно, каждая его мысль нисходила к Одри, закручивалась вокруг неё – и тянула его прочь, прочь из дома, прочь от светловолосой девушки, имени которой он не помнил вовсе. Казалось, он рухнет оземь и рассыплется горстью праха, если не увидит её прямо сейчас, не припадёт к аккуратной ладошке в поцелуе. Но Одри была далеко, и это давило ему на грудь каменной тяжестью, не давало ни дышать, ни думать толком. Алек со всем прилежанием оделся, но смотреть на себя в зеркало не стал и вместо того послал слугу за экипажем, обещая любую цену тому, кто быстрее домчит его до жилых помещений Брасс Холла.
Иди, иди, иди, не опаздывай и не медли.
Дорогу за всей её незначительностью он не запомнил, мыслями уносясь вперёд – к Одри, к их встрече, к чему-то, что должно за ней последовать; только отметил, что дышать становится легче. У общежития Брасс Холла его и вовсе отпустило, и Алек попытался улыбнуться, но получилось скверно – возница, принявший от него деньги, поинтересовался его самочувствием, и Алек вновь скрылся за траурной серьёзностью и заторопился к Одри, пересчитывая ступеньки и удивлённые взгляды местных студентов. Все они только мешали, и одного он отстранил в сторону достаточно грубо.
Одри напоминала поздний цветок в королевских садах, красотой должный затмить все остальные, и Алек послушно замер, едва переступив порог, и залюбовался, понимая лишь малой частью себя, что что-то здесь было не так. Она спрашивала о чём-то, и он нашёл в себе силы только кивнуть, впервые чувствуя, что язык его словно бы налился тяжестью и сделался неподвижным и мёртвым. Было ли так всегда? Алек помог ей расправиться с накидкой, хотя с большим удовольствием проделал бы обратные манипуляции с завязками и застёжками её платья. Но тот же голос, что звал его сюда, говорил, что этого он делать не должен. С сожалением выдохнув, Алек предложил девушке руку и повёл её вниз, к экипажу и заскучавшему было вознице. Тот, завидев их с Одри, распушил было перья, запрыгал перед ней, но был решительно и без возражений отстранён; Алек сам распахнул перед Одри дверцу и сам же помог ей устроиться внутри со всеми удобствами.
Им не пришлось ехать долго, но и это было для него пыткой – руки, затянутые в тугую кожу перчаток, горели от невозможности прикоснуться к ней, и Алек неосознанно сжал их в кулаки. Особняк МакКархи горел множеством огней и звенел – голосами, переносимой с места на место посудой и столовыми приборами, смехом и музыкой, – и они были далеко не первыми гостями. Алек вновь помог Одри выбраться из кареты и с ревнивой осторожностью взял её под руку, словно один взмах ресниц – и ничего не останется уже от Одри МакКуин. Голова у него не ко времени отчего-то вдруг налилась неприятной тяжестью, и мир вокруг зазвучал громче. Кто-то окликнул его по имени и засмеялся, а фамильярный хлопок по плечу и вовсе Алека разозлил. На пороге он замер: дом горел и гудел, и внутрь идти ему совершенно не хотелось. Он уже обернулся с этой мыслью к Одри, но кто-то втолкнул их внутрь, закружил и подставил слугам, мигом отобравшим у девушки её накидку. «Она же без всего этого замёрзнет», – впервые подумал он осмысленно.
– Виконт Сантар! – его руку сильно сжали и потрясли, и только тогда Алек посмотрел в приветливое незнакомое лицо. Это вот – МакКархи? – Очаровательно, очаровательно… Вы, я смотрю, урвали себе настоящий маковый цвет, – он подмигнул ему и переключился на Одри, и впрямь расцветшую сейчас, похорошевшую и удивительно свою здесь.
Одри? Его рука, державшаяся за неё, дрогнула и стекла вниз, а мучившая Алека головная боль странным образом сходила на нет, наполняя мир вокруг красками, звуками и прочими ощущениями. В груди у мужчины быстро застучало сердце, а к горлу подступил многогранный ком, по ощущениям – из змеиного яда и крови.
– Нет, не маковый цвет, а совершеннейшую розу! – с каким-то восторгом провозгласил МакКархи, поймал его за руку и свёл их с Одри ладони вместе, немного утягивая вперёд. – Прошу, прошу, пройдите же в золотую залу.
Алек панически осмотрелся по сторонам, не узнавая дом вокруг себя и людей. Кажется, что-то такое ему говорила Лилиан, но приглашение на этот бал он отложил куда-то к своим прошлогодним рождественским обещаниям и бутылке добротного виски. Но – вот он, здесь, отчего-то в компании с мисс МакКуин, по-петушиному разнаряженной, и без единой вообще мысли, как оно так неудобно получилось.
– Мисс МакКуин? – тихо спросил он, словно бы приглашая её в означенную гостиную, но на деле – интересуясь именно тем, какого кальмара здесь происходит и куда, морской дьявол куси её за хвост, подевалась душечка Розмари, в компании которой он так славно проводил время.

+1


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Твоё имя