Brimstone
University
Добро пожаловать на ролевую!
18+
смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886-1887 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Требуются в игру

Демоны, заинтересованные в помощи посольству, авантюристы и исследователи, люди науки (включая студентов), жители Лондона, подростки-дети

октябрь'86 - январь'87

События в мире
Монстр терроризирует Лондон. На счету чудовища уже шесть пострадавших. Ходят слухи, что он создан из похищенных с кладбища тел...
Студенты Уробороса замечены за странным поведением. Юные дарования ходят во сне. Профессора списывают это на усталость, но что происходит на самом деле?...
Рабочие фабрики Чарльза Эктона устроили забастовку, мотивируя тем, что жизненно необходимый для лекарства от холеры и туберкулёза "блюмер" отравляет их
01.08
Во-первых, у нас смещение игровых рамок на октябрь 1886 - январь 1887 (на два месяца вперёд). В мире Брима будет рождество и снег :3 Во-вторых, мы стартанули новый квест для студентов и профессоров! Всем неравнодушным - к ознакомлению!
01.08
Игроки молодчинки, и мы завершили большой квест "Клуб любимчиков фортуны". Результаты можно почитать тут.
03.06
Сюжет не стоит на месте, мы отметили некоторые события, развивающие канву повествования, почитать обновления можно тут.
АМС

Лили
ГМ-админ

Арон
PR-админ

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » По остывшим следам


По остывшим следам

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

ГМ, Виктория Грейс, Эдмунд Мун
24 августа 1886

Клуб, последние дни допустивший ряд ошибок и допущений, сейчас старательно заметает следы. Одним таким "следом" стал доктор Мун, некогда не вылечивший значимого члена их небольшого общества. Те самые господа, что прошлый раз приходили узнать судьбу вещей почившего вернулись за жизнью доктора.
На его счастье, его голова на плечах и трезвая память были нужны другому человеку. Виктория собиралась узнать о посмертных словах своего бывшего офицера, а застала попытку повесить доктора.
Господа не сошлись во мнении...

0

2

- ...вашему такому решению даже не удивятся, док, - почти ласково проговорил мужчина, державший трость-шпагу без ножен и следящий, чтобы дока, у которого были за спиной связаны локти, вдели в пеньковую петлю. Действие крайне осложнялось тем, что в петлю здоровый, пусть и спившийся, человек лезть совсем не хотел и сопротивлялся по мере сил.
Но всё складывалось не в лучшую сторону. С самого утра, когда его угостил какой-то мясник, рубанувший себе по руке и пришедший "штопаться". После "угощения" Муна влекло к постели больше, чем к дорогостоящей путане, и стоило ему вырубиться - очнулся он уже частично связанным и "при гостях". В рот забили тряпичный кляп, за спиной связали руки. Трое мужчин, двоих он видел прежде, подготовили для него все условия "самоубиства". Вокруг стола был добрый десяток пустых бутылок дешёвого портвейна, все ставни закрыты, к крюку старой лампы привязана верёвка, под ней - старый, скрипучий, полугнилой стул, грозившийся развалиться раньше срока.
Двое мужчин потащили дока туда и упорно пытались вдеть в петлю, пока третий наблюдал, с оружием наготове.
В руке его, к слову, был половинчатый кулончик, некогда оставленный доктором "себе на память".
Всё было паршиво. Очень. Отрава ещё дурманила мозги, мешала моторике, а мужики явно своё дело знали. И намеревались его закончить, но за дверью, под окнами, вдруг раздался женский голос. Он отчётливо окликал Муна.
"Куратор", спектакля строго шикнул и приложил палец к губам, мягко ступив к выходу из комнаты.
Дока временно поставили на землю, но ещё держали за локти.
Мужчина с тростью ступал очень осторожно. Так трепетно к этим старым половицам наверное давно никто не относился. Он прошёл коридор, посмотрел из-за угла вниз и мысленно чертыхнулся - после взлома отмычками, старый замок не плтно закрылся и какая-то женщина смогла беспрепятственно зайти в холл и сейчас окликала доктора. Может, если не отвечать она просто уйдёт?
И тут из комнаты раздался грохот.
"И почему всё идёт не по плану?", - подумал мужчина, отступая в тень за поворотом и поудобнее перехватывая шпагу из трости. пока надеясь оглушить незваную гостью ударом набалдашника.

+1

3

«Судьба, бессердечная ты сука» — патетично думал доктор Мун, пока двое уже знакомых ему мужчин крепили веревку к старому крюку из под лампы. Доктор Мун смотрел на крюк и невольно вспоминал, как пытался повеситься на таком же, только этажом выше. Тогда крюк не выдержал его веса и вылетел из потолка с заметой частью штукатурки, так что доку не осталось ничего иного, как встать и лениво прибраться после неудавшейся попытки самоубийства. А потом пойти в ближайший паб и нажраться до поросячьего визга.
К слову, связанного, одурманенного и без пяти минут мертвого Эдмунда в этот вечер посетило ровно три мысли, не считая вышеупомянутой.
«Да я бы в жизни не сплел такой бездарный узел» — была первой из них.
«Надеюсь, они не стали просто выливать портвейн из всех этих бутылок» — была второй.
«Лучше бы они меня просто прирезали, ей богу» — гласила третья.
И не то чтобы доктора Муна смущала сама мысль о самоубийстве или даже убийстве. Он не ценил свою жизнь, сам пару раз пытался (увы, безуспешно) от нее избавиться и был бы едва ли против внезапному клинку в печень, оборвавшему его жалкое существование. Что его на самом деле смущало, так это обстоятельства данного убийства.
— Мх-ммм-мх. — Протянул Эдмунд, из всех сил стараясь выразить, что он думает об убийцах и их сексуальных предпочтениях. — Мгм-к-ммммм! — Завыл он еще сильнее, слабо вырываясь и ставя под сомнение благочестивость матушек присутствующих господ.
Будь он проклят, если даст так бездарно убить себя! Нет, если уж ему предстояло покончить жизнь самоубийством, то исключительно честным и правильным путем, не подразумевающим стороннего вмешательства и мутных историй, включающих в себя сомнительного вида медальоны. А уж тем более столь бездарно сплетенных висельных узлов.
Доктор Мун еще раз брыкнулся и прицельно пнул одного из мужчин в колено, когда со стороны входа его позвал незнакомый женский голос.
Надо сказать, что едва расслышав этот голос, доктор Мун первым делом испытал привычное раздражение от мысли про очередную невольно залетевшую на стороне девицу. Только спустя пару мгновений раздражение сменилось на надежду, когда до дока дошло, что эта девица может стать его спасением. По крайней мере, люди смогу узнать, что этот висельный узел перед своей смертью Эдмунд сплел не сам. Сразу после этого пришел страх: тот самый страх, что док так сильно не любил испытывать и всячески в себе подавлял при каждом удобном случае. Страх перед чужой жизнью. Этот страх настолько внезапно охватила доктора Муна, что он не сразу заметил, как его наконец взгромоздили на шаткий стул, а один из убийц плавно вышел на звук отворяющейся (они забыли ее запереть?) двери.
И в этот момент перед мысленным взором доктора Муна предстали две картины. На одной из них незваная гостья (почему-то док мысленно представлял её маленьким, светлокудрым ангелом с голубыми глазами) точно агнец шла на убой, дабы составить доку сомнительную компанию в загробной жизни, а на другой — испуганно сбегала, сохраняя свое, наверняка, никчемное существование в мире живых.
Взведя мутные горе-очи к потолку (кляп, увы, не позволял даже тяжелого вздоха), доктор Мун сделал единственное, что пришло в его одурманенный наркотиком разум: в очередной раз брыкнулся, резко накренился и, с грацией падающего мешка навоза, повалился с высоты стула на одного из убийц.

+3

4

Туманный Лондон. Вечно туманный. Вечно мрачный.
На Викторию этот город действовал отравляюще, навивал тоску и вгонял в непреодалимую меланхолию. Больше тумана, Вик не любила дождь в этом городе. Капитан Грейс большую часть жизни провела за пределами своей Родины, на солнечных и диких берегах или в море, которое безусловно имело характер, в отличии от всегда угрюмого туманного Альбиона.
Выйти на мрачные улицы Лондона, Викторию заставила не нужда, скорее случай. Как только Вик ступила за порог своего запустевшего Лондонского дома, прошлое будто бы по мановению чьей-то лёгкой руки стало воскресать то тут, то там. Сначала в письме от старого боцмана, который оказывается совсем недавно лишился ноги, да и вообще чудом остался жив, затем в казалось бы вовсе не связанных с этим делом разговорах, всплывали воспоминания трёхлетней давности. Всё это заставляло взяв себя в руки , всё таки пойти на поводу у судьбы и откликнуться на письмо человека, что раньше служил под командованием капитана Грейс.
Человека этого звали Эрл Шелтон, 2-ой лейтенант "Стремительного" он дал о себе знать написав пару месяцев назад, но письмо Грейс смогла прочесть только когда вернулась домой. В письме мистер Шелтон упомянул того странного матроса, который взошёл на борт их корабля в Африке. Эрл сообщал, что этот малый явился к нему , без особой причины, совершенно без предупреждения. Они выпили, поговорили, вспомнили былые деньки, а через несколько дней, этот самый моряк скончался проведя несколько дней до этого в агонии. Что странно, Эрл умер двумя неделями позже.
Теперь ноги несли Викторию по узким улочкам, в дом указанного в письме доктора, некоего Эдмунда Муна. Это имя так же было указано в письме Шелтона. Грейс не понимала до конца, что она хотела выяснить у этого доктора, и мог ли он вообще ответить хоть на какие-нибудь её вопросы, захочет ли.
Викторию встретил безлюдный проулок, полный худющих кошек. Сверившись с адресом, что ей удалось узнать, Вик осмотрела не ухоженное здание перед собой и уверенно зашагала к двери. Эта самая дверь, к слову, явно была не закрыта. Ветер неторопливо мотал её, на что та скрипела, почему-то призывно, как показалось кэпу. Виктория коснулась дверной ручки, её цепкий глаз выхватил странные отметины на замочной скважине:
- Доктор Мун!? - достаточно громко произнесла Грейс когда уже отворив дверь вошла в узкую прихожую. Здесь всё было по-мужски аскетично, беспорядка не было, - Ваша дверь была открыта! Мистер Мун? - Вик простояла в прихожей ещё какое-то время, прислушиваясь, поправляя тонкие перчатки, поправляя лацканы алого плаща, смахивая с плеча откуда-то взявшиеся капли воды.
Когда вместо ответа где-то наверху что-то звучно рухнуло на пол, Вик отвлеклась от рассматривания стен, - Доктор Мун! - более требовательно позвала Виктория и сопоставив говорящие отметины на двери, странную тишину в доме, а потом и престранный шум, бывший капитан достаточно споро расстегнула свой плащ и выудила из кобуры свой Веблей, неторопливо поднимаясь по скрипучей лестнице, стараясь как можно меньше нарушать тишину висевшую, словно каменный валун, в этом доме.
[icon]http://s1.uploads.ru/F8U31.jpg[/icon]

+2

5

Стоит сказать, что доктор Мун был довольно высоким человеком. Не громилой или цирковым великаном, но заметно выше других представителей homo sapiens, и уж тем более, выше тех обезьян в костюмах, что пытались вдеть его в петлю. Однако, всем известно, чем выше рост — тем больнее падать. Доктор Мун, ко всему прочему, еще стоял на стуле.
Данная мысль не посетила дока в процессе падения, как не посетила она его в момент принятия столь, несомненно, глупого решения. Она посетила его лишь тогда, когда первичный звон от столкновения с чужим локтём прошел, а плечо заныло довольно узнаваемым вывихом.
Впрочем, несомненным плюсом был тот факт, что вместе с суставом, выбило и кляп.
— Пиздоблюдочные сукины дети! — Дурным голосом заорал доктор Мун, стоило ему осознать свою свободу самовыражения. — Мудозвоны из пиздьей лужи! Я вас всех в душу выебу, черти треклятые!
Пожалуй, доктор Мун сказал бы своим убийцам еще больше теплых и ласковых слов, однако тело под ним неожиданно замычало, завозилось и совершило вторую главную ошибку своей жизни (первой, конечно же, была попытка убить дока без его на то разрешения): оно решило заглушить поток ругательств своей же рукой.
Да, Эдмунд был врачом. Он бы и сейчас мог наизусть зачитать клятву Гиппократа. Однако, когда группа лиц сомнительной социальной ответственности пытается имитировать твоё самоубийство — легко забыть ту часть, что про «не навреди».
Поэтому, доктор Мун с чистой совестью вцепился в чужую руку зубами, тут же ощущая во рту металлический вкус крови. Дом наполнился истошным криком. На этот раз не его.

+2

6

Совместно с Викторией

Замерший в тени коридора мужчина, сначала досадовавший на шум, сейчас благодарил его. Попытки скрутить вечно пьяного и слишком живучего доктора отвлекали незваную гостью от теней коридора, в одной из которых прятался убийца. Вот сейчас она поднимется на площадку...
"Ого, да мы вооружены! Значит и в претрубациях нет смысла", - когда они поравнялись, мужчина замахнулся и ударил набалдашником трости, целясь в голову.
***
Набалдашник трости снёс аккуратную алую шляпку с головы женщины, и та покатившись вниз по лестнице угодила прямиком в открытый проём двери, за пределы прихожей.
Виктория ровно на секунду стушевалась, явно не ожидая подобных действий, но вовремя сморгнув ступор ухватилась за трость и резко потянула нападающего на себя, стараясь столкнуть с лестницы.
***
Да, всё упорно шло не по плану, и, ха-ха, любимчикам фортуны крайне не фортило! Он же предлагал просто использовать те дары, которые даёт им их Бог, предлагал подвести человека к сумасшествию и катарсису в виде самоубийства, которое тот выполнит сам. Но мэтр паниковал и потому спешил, а спешка сейчас выливалась вот в это!
Мужчина зло ощерился и толкнул женщину, пнув её по коленке. с грохотом оба повалились на жалобно скрипнувший пол, пропахший пролитым алкоголем и пылью. Не мытьём, так катанием, грёбаный Мун всё равно наголосил сверх меры! С сдавленным рыком он схватил трость за второй конец, пытаясь им придушить слишком прыткую барышню.
Тем временем один из бугаев от души врезал Эдмунду по уху, потом ещё раз, чтобы тот замолчал (и как тот понадеялся - отключился), и после выскочил в коридор. Второй, уже матюкаясь и стеная, отскочил к столу дока и стал выворачивать ящики в поисках бинтов и спирта. Первые, видимо, лежали в другом месте, а второй, видимо, не хранился по причине ежесекундной утилизации путём распития.
- Тоже мне, доктор, - рыкнул укушенный, опять поворачиваясь к Муну.
В коридоре творилась свалка, господин с тростью старался не дать женщине выстрелить и одновременно задушить её.
- Да к чёрту, нашумели мы! - прогундел бугай, подскакивая к ним, - уходим!
- У этого всегда кто-то орёт, он же не глушит пациентов хлороформом! Расчленим и выбросим, - и тут раздался выстрел.

+1


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » По остывшим следам